Это же его я видела внизу, и охранник его назвал... О, Господи! Мне конец!
— Та-а-ак, — протянул мой, по ходу уже бывший босс и развернувшись ко мне спиной, стремительно вышел из кабинета, громыхнув дверью. На стене зашаталась и свалилась картина с каким-то пейзажем, а я осела в кресло, приложив руку ко рту. Вот и устроилась на работу. Сколько я здесь продержалась? Полчаса? Самый мой короткий рабочий день в жизни.
Я медленно протянула руку к коробке, куда складывала предметы со стола и достала золотистую пудреницу.
Положила ее на стол и снова сгребла обратно. Ну уж нет, я сюда работать пришла! Извинюсь, бывает, не признала узурпатора сего кабинета с первого взгляда. Встала с кресла и продолжила превращение сего будуара в рабочий кабинет. Меня, конечно, потряхивало знатно, но ничего и не в таких передрягах бывали. Стерпится — слюбится, как говорится. Сейчас босс вернется, я попрошу прощения и совет нам да любовь. Он еще оценит мои рабочие качества, в этом я не сомневалась ни секунды.
Кода я сложила уже почти все ненужное, дверь снова распахнулась и вошел Егор Валерьянович. Молча открыл свой кабинет и обернулся уже на пороге:
— Пять минут и тебя здесь нет, поняла? Заявление в отдел кадров по-собственному, живо! — приказал он и скрылся за тяжелой дверью кабинета, громыхнув теперь и ей. Вторая картина шмякнулась на пол, этак живописи совсем тут не останется.
Глава 4. Егор
Глава 4. Егор
Вышел от отца в отличном настроении, шел насвистывая песенку и предвкушая встречу с красоткой, которая томится в приемной, ожидая меня.
Сейчас, моя девочка, твой босс на подходе. Посмотрим, кого так расхваливал мне отец. Улыбаясь, открыл дверь в приемную и застыл, чувствуя, как улыбка стекает с моего лица. Может я ошибся и это новая уборщица? Хотя пугало, что было в кабинете, по-хозяйски что-то убирало, обложившись коробками. Мелкая, худенькая, в огромных очках в пол-лица, с двумя длинными косами по плечам.
На ней безразмерная серая блузка с наглухо закрытым воротником стойка и широкими воланами по груди, клетчатая серая юбка ниже колена и обувь. Как эту обувь назвать не знаю. Это не изящные лодочки на низком каблуке, нет, это короткие коричневые ботинки на шнурках. Меня тяжело удивить, но этому чучелу удалось. Все еще надеясь, что это ошибка и моя секретарша вскоре вплывет, распространяя облачко восхитительных духов, я спросил, что за чудище здесь.
