Костя остановился и тоже услышал — над пустой площадью разносился звук автомобильного клаксона.
— Сейчас сюда все заражённые сбегутся! Надо его скорее выключить!
Они начали лихорадочно карабкаться в сторону источника звука. Костя нашёл его первым:
— Сева, Сева, тут собака!
Он стоял на крыше машины и показывал пальцем на лобовое стекло потрёпанной серой Kia Sportage. Собака — это был белый самоед — лежала прямо на руле, всем весом нажимая на клаксон.
— Умерла, кажется.
Сева говорил с жалостью.
В их семье самоед был второй самой любимой на свете породой после корги. Мама называла таких собак «облачка» — ей не нравилось противное слово самоед, пока Костя случайно не узнал из тик-тока о том, как название это появилось. Самоедами их назвали не потому, что они себя сами едят. Просто на Крайнем Севере их запрягали в санки. Белые собаки были на фоне белого снега не видны, и казалось, что санки «сами едут».
Сева посмотрел на брата — Костя целился в заднее пассажирское стекло Sportage из пистолета.
— Нет, нет, дурень! Не стреляй! Если он жив, он оглохнуть может!
— Ну а как? Даже если он умер, нам надо скорее звук этот убрать.
Клаксон, действительно, ужасно действовал на нервы. К и без того непростой ситуации он добавлял ощущение какого-то надвигающегося липкого ужаса. Сева подумал, потом взял Костин пистолет, поставил его на предохранитель, схватил за ствол и с силой ударил рукояткой по лобовому стеклу. Собака перепугалась и кубарем перекатилась на заднее сиденье, откуда уставилась на ребят.
— Живой! Давай ещё!
Сева стукнул ещё раз, и ещё, и ещё — пока стекло не развалилось на мелкие кусочки и не осыпалось в салон. Секунду пёс просто смотрел на ребят, а потом пулей вылетел из машины, пробежал по крышам пару метров, сел, повернулся к ним и тихонько заскулил.
Лев Семёнович тяжело дышал, и мысли путались в его голове. Кто эти люди? Зачем они сломали его машину? Они спасли Льва! Может быть, они друзья?
Каждый инстинкт, однако, сейчас говорил ему бежать.
Каждая клеточка его тела подсказывала, что вокруг смерть, и сейчас нельзя останавливаться и надо бежать и бежать… Но сил не было. Льву очень хотелось есть. И пить. Может, это хорошие люди? Может быть, они покормят его?"
"Очень медленно, аккуратно переступая лапами по нагретому металлу, он пошёл обратно туда, где замерли в нерешительности два небольших человека. Кажется, они были ещё щенками.
