Мышка для Котова

 — Ненавижу! Почему ты просто не можешь оставить меня в покое?

Марк никак не реагирует на мой выпад.

— Знаешь, мышонок, раньше таких рыжих сжигали на костре, — пальцами цепляет прядь моих волос и подносит к лицу, втягивая глубоко мой запах, — считая ведьмами.

Он склонился ко мне настолько близко, что я вновь чувствую запах его тела и быстрое дыхание. Борюсь с диким желанием прижаться к нему и уткнуться носом в широкую грудь. Чтобы почувствовать тепло его тела. Как сегодня ночью. Ведь мне было мало. Чертовски мало.

— Может тебе стоит держаться от меня подальше, Котов? Вдруг прокляну? Импотенцию нашлю. Может не стоит играть с огнём, Марк? — шепчу ему в губы, ладошками поглаживая по широкой груди.

— А мне нравится играть с огнём, мышонок, — от низкого голоса каждая клеточка моего тела начинает пылать.

Обхватывает руками моё лицо и приближается практически вплотную. Сердце на время перестаёт биться. Задерживаю дыхание, когда горячее дыхание касается губ. Каждая секунда тянется мучительно медленно, заставляя меня трепетать в ожидании поцелуя.

— Да, я прекрасно заметила, что ты любишь играть с чужими чувствами, — хриплю я. — Особенно с моими.

— Ань, — Марк начинает поглаживать мои щёки большими пальцами, — посмотри на меня.

— Не хочу я на тебя смотреть, Котов. И слушать я тебя не хочу. У тебя своя жизнь, у меня своя. Ты мне всё сказал чётко и кристально ясно два года назад, — убираю его руки со своего лица и отхожу к шкафу. — Раз ты не хочешь уходить и оставлять меня в покое, то это сделаю я.

Распахиваю шкаф, достаю кожаные шорты с высокой посадкой и белую футболку. Наплевав на всё, отворачиваюсь к Марку спиной и снимаю майку и топ. Из-за спины слышу рваный вздох. Тихие шаги за спиной и горячие пальцы касаются спины.

— Убери руки, — бросаю сердито, дергая плечом. Если скажу, что его прикосновения мне неприятны, то солгу. Приятны. Ещё как приятны. Даже больше.

Застегиваю бюстгальтер и надеваю футболку, завязав узел на животе.

— Анюта, — кладёт руку на живот и прижимается к спине грудью.

Впечатывает в себя, пальцами лаская пупок.

— Ань, перестань злиться.

— Да, конечно. Я не злюсь. Совсем не злюсь. С чего бы мне злиться? Да, Марк? Сама себе обиды напридумывала.

— Ань, — шепчет на ухо виновато.

— Я уже восемнадцать лет Аня, Котов. Отпусти меня, я одеваюсь, если ты не заметил.

— Заметил. И меня интересует, куда ты собралась в таком виде? — рычание.

— Туда, где нет тебя, — локтем ударяю его в живот. Марк стонет и сгибается вдвое.