— И что, ты так и оставишь меня здесь? Не пристрелишь? — с сомнением я смотрела на него, все еще глупо надеясь, что все это дурная шутка и скоро все закончится и будет как прежде.
— Оставлю, — серьезно сказал он. — Убить не смогу…
— А так, по-твоему, лучше? Умереть от голода? Да? — мне казалось, что он сошел с ума. А может и правда сошел?
— Извини, Мышь… Одно дело нанять кого-то, кто сделает всю грязную работу за тебя, другое дело-самому. Не смогу. Прощай.
Вдруг, уже наверху он обернулся:
— Почему ты не сбежала?
Я ответила не сразу…
— Не знаю… Наверное, хотела посмотреть в твои глаза.
Макс сплюнул на пол и скрылся наверху. А я сидела как оглушенная, до сих пор не веря, что это конец."
"— Макс! Макс! Ты подонок! Сволочь! Маааакс!!! Выпусти… Выпусти меня… — я долго еще кричала ему вслед. И когда закрылась крышка люка, и когда лязгнул замок, и когда дом погрузился в полную тишину и долго еще.
В конце концов устав, и полностью обессилив, я сама не заметила как, уснула.
Разбудил меня лязг открывающегося люка.
— Макс! Это ты? — прошептала я.
— Катя! Это Мелихов, — я не могла разглядеть говорившего, но по голосу узнала капитана.
— Где Макс? Его надо срочно поймать! Слышите?
— Тихо-тихо. Уже… Не волнуйся, его уже задержали. Ты молодец, — приговаривал капитан, пока вместе с другим полицейским освобождал меня из погреба. Двигаться самостоятельно я не могла. Ноги и руки затекли, голова нещадно болела.
— Вы получили мое сообщение? — спросила я, когда пришла в себя.
— Да. Этим ты и спасла себе жизнь.
— Я думала, вы уже не приедете… Где Макс?
— Его вместе с дамочкой, сильно смахивающей на тебя, задержали в аэропорту. Он уже дает признательные показания. Все закончилось, Катя.
Да…
Эпилог
Звонок в дверь оторвал меня от важного занятия. Я не спеша вытерла руки, испачканные краской, полотенцем и пошла открывать.
На пороге стоял Петр. С неизменными лилиями и тортом.
— Терпеть не могу лилии, — я взяла у него торт, кивком приглашая войти.
— Прости, не знал, — он улыбнулся и воткнув букет в ручку соседской двери, прошел в дом.
— Баба Маня будет приятно удивлена, — я закрыла дверь, и проводила гостя в комнату.
— Прости меня… — я сказала это прежде, чем подумала.
Петр молча кивнул и в комнате повисла напряженная тишина. Но тут Петр заметил мольберт, краски.
— Ты пишешь? Не знал, — он разглядывал незаконченный пейзаж с заметным интересом.
— Да я и сама не знала. Я много чего не знала. А в жизни так много всего интересного и загадочного.
Это точно.
