На адреналине

– Неожиданно, – отзываюсь я. – Когда?

– Сегодня? – предлагает он с надеждой в голосе.

– У меня вечером теннис. Не выйдет. Давай завтра, окей?

– Ну ладно, – вздыхает мой собеседник. – Может, тебя забрать с тренировки?

В этот момент Киллан снова врубает музыку, наплевав на то, что теперь мне не слышно Томаса, а Томас не услышит меня. Скидываю вызов и нажимаю кнопку «Без звука» на мультимедиа.

– Не мог потерпеть минуту?

– Воспитанность никто не отменял, – защищаюсь я.

– Воспитанность? – Он дёргано убавляет музыку кнопкой на руле и продолжает назидательно-язвительным тоном: – Тебе самой знакомо это понятие? Ведёшь себя, как последняя шлюха.

Быстрее бы уже доехать до Джорджтауна, иначе наша безобидная перепалка точно перерастёт в кровавое сражение. Похоже, всё накопленное за несколько дней молчания, рвануло с утроенной силой.

Ему не надоело заводить одну и ту же пластинку? Никакой оригинальности.

– Поверь, мне абсолютно на тебя плевать, – рубит он словами, окинув меня взглядом бесчувственного засранца.

– Тогда отстань от меня, ясно? Последние три дня были самыми счастливыми в моей жизни, потому что ты просто молчал! Не нравится, как я одеваюсь? – с ехидством задаю вопрос, на который и не нужен ответ. – Завтра надену юбку ещё короче, чем эта.

– Да хоть без трусов ходи. Я же сказал, мне плевать, – огрызается он. – Но потом не кусай локти, когда от тебя все отвернутся, узнав правду о твоих делишках, – Киллан насмешливо изгибает бровь, метнув в меня короткий взгляд, и опять устремляет его вперёд в поисках парковочного места.

Не знаю, что на меня находит. Возможно, позже я об этом очень сильно пожалею, но руки сами творят всю последующую дичь. Как только мы паркуемся, приподнимаюсь над сиденьем и быстро стягиваю с себя трусики, наслаждаясь нескрываемым удивлением на физиономии Кроу, который, кажется, вмиг забыл про существование речевых навыков.

Весь путь до университетского туалета ругаю себя на чём свет стоит. Мой взрывной характер до добра не доведёт. Хотела же колготки надеть, а не чулки! Они точно смогли бы меня сдержать, а теперь слишком поздно. Киллан ещё больше уверился в своём мнении.