На бешеной скорости

Но почему мне все время снится эта собака? Что это значит на эзотерическом языке? Я как-то для интереса погуглил – ничего хорошего. Угроза от друга или какого-то близкого человека. Допустим. А если бы мне на самом деле пришлось выбирать? Смог бы я ради спасения интересной мне девушки бросить музыку, единственную радость в жизни и то, чем я планировал заниматься профессионально, когда избавлюсь от семейного ошейника? И вообще способен ли я полюбить девушку, а не просто увлечься ее телом?

– Соберись, Макс, размяк совсем.

Выполни ее условия, и отец не узнает о гитаре. Кира – досадное недоразумение, поставившее под угрозу раскрытия твою тайну, – внутренний голос пытался напомнить мне, кто я есть на самом деле и чего хочу. Но я не мог не видеть, что Кира не просто очередная девчонка. До нее никто не открывал с ноги дверь в мою гребаную черно-белую жизнь и одним своим появлением не окрашивал ее в чертову радугу.

– А она ничего такая, смазливая сучка, – отец вместо доброго утра кинул на обеденный стол фото Киры, сделанное возле ее дома.

Откуда он узнал ее адрес? Хотя чему я удивляюсь, я же знаю, кто мой отец и какие у него длинные руки. Что. Он. Задумал?

– Ничего такая, но. И зачем ты за ней следишь? – я сделал максимально равнодушный голос, в то время как внутри нарастало напряжение. Что задумал на этот раз мой больной папаша? – Где Ника? И почему мама не спускается к завтраку?

– Ника уже позавтракала, за рюкзаком пошла. А у мамы голова болит. Как ее зовут? Кира? Есть мысли по ней?

– Что конкретно ты хочешь услышать? – Не нравилось мне, что мама все реже выходила из своей комнаты.

Надо после школы купить ей таблеток от мигрени и настоять на обследовании. Но с отцом о маме говорить не стоит, никогда не знаешь, от чего он взорвется и не выместит ли на ней потом злость.

– Ты мальчик взрослый уже, пора в дела отца вникать. Ее батя возомнил себя великим русским генералом, Суворовым или Кутузовым, уж не знаю. Но пока брыкается. Либо денег, падла, выторговать больше хочет, цену набивает, либо он идиот, который боится взять денег.

В любом случае, если не договоримся, мне нужны тонкие намеки, что со мной лучше дружить, чем рыпаться.

– Может он просто принципиальный? Если мы к отравлениям не имеем никакого отношения, нам нечего бояться, пап. Сейчас вроде не лихие 90-ые, есть же другие способы решить все вопросы.

– Много ты знаешь, мальчишка! – Я уже понял, что разбудил спящего зверя. – Он подал запрос в оборонку, чтобы приостановить поставки с нашего завода.