— Девчонка стояла, переминаясь с ноги на ногу, и жалобно смотрела на меня.
— Таких машин сейчас много, — не понимая ее интереса к залетной иномарке, заметила я.
— Я ее видела… во сне, — неизвестно чего испугавшись, пролепетала Лелька.
— Во сне? — переспросила я.
— Ага. Так папа сказал, что во сне…
Тут из-за деревьев с громким лаем выскочила собака, девчонка вскрикнула от неожиданности, я прижала ее к себе, а немецкая овчарка, обежав нас по кругу, разом потеряла к нам интерес. Через минуту появился пастух, кивнул в ответ на наше приветствие и обругал собаку.
— Испугалась? — спросила я Лельку.
— Не-а, я собак не боюсь, — гордо ответила она.
Через час мы пили чай на веранде. Лелька убежала играть с подружками, а мы все никак не могли встать и отправиться на речку. Лениво переговаривались, обмахивались полотенцами и жаловались на жару. Наконец Верка начала собирать со стола.
— Работать будешь или на речку пойдешь? — спросила она меня. Женька насторожилась, а я ответила обреченно:
— Какая работа в такую жарищу?
— Да уж… Топайте купаться, а я вымою посуду и вздремну немного.
Целый день как пыльным мешком из-за угла прибитая, голова болит, и лень такая, что на свет божий смотреть не хочется.
Тут послышался шум проезжающей машины, и Верка все-таки взглянула на свет божий, а вслед за ней и я. За окном мелькнул тот самый «Део», который мы заметили в посадке, и скрылся в направлении реки. В этом факте не было ничего удивительного, в той стороне мост, а за мостом большое село, и машины здесь нет-нет да и проезжали, хотя в село вела асфальтированная дорога прямо с шоссе, но Верка вдруг замерла с чашками в руках и нахмурилась, совсем как ее дочка полтора часа назад.
— Ты чего? — спросила Женька, которой всегда больше всех надо.
— Так, — неопределенно ответила Верка, провожая взглядом «Део».
— Он в посадке стоял, — влезла я, хотя меня и не спрашивали, — когда мы за хлебом ходили…
— В Степанове полно дачников, — мудро рассудила Женька, и на этом мы бы, наверное, успокоились, но «Део» вновь появился под окнами.
Проехал очень медленно, и на этот раз я смогла увидеть водителя. За рулем сидел светловолосый парень лет двадцати пяти в ярко-желтой рубашке.
— Это точно он, — заявила Верка.
— Кто? — насторожилась Женька, с которой профессия журналиста давно сыграла скверную шутку: она не могла не задавать дурацкие вопросы, а Верка у нас чемпион по дурацким ответам. Вот и сейчас она порадовала:
— Этот парень.
