- Здравствуй, Светочка, - Лейбмахер повернулся к бывшей ученице. – Как долетела?
- Что ты делаешь с моим сыном? – Светлана Громова пыталась держать себя в руках, но голос заметно дрожал.
- А ты не знаешь? Я так полагаю, денежки, которые твой муж от последних перевозок должен был отдать, у сынули твоего. И он решил с ними в Штаты сбежать. Сучонок.
- Какие деньги? Иосиф, ты с ума сошел? Немедленно отпусти нас, ты не представляешь, с кем связываешься."
"- Я? – Лейбмахер закашлялся. Мелким противным смехом.
– Светик, как думаешь, чьи посылки ты отвозила в индийские госпитали? Или мы тут органы на принтерах печатаем? Вы так хорошо в бедных играли, когда Толя пропал, но ничего, сколько веревочке не виться.
- Я не знаю ни о каких деньгах, - Светлана посмотрела на пистолет, нацеленный прямо на нее, - ты же знаешь, мы все обыскали, денег не было.
- Ну нет так нет, - Лейбмахер как-то печально улыбнулся, встал. – Паша, ты как там?
Павел поднял глаза на друга семьи, точнее говоря, попытался поднять – один глаз вообще ничего не видел, другой тоже заплывал.
Лицо напоминало отбивную, фиолетовую, с кровью.
- Сейчас я убью твою мать. А потом братца. Ну а потом, если вдруг нужно будет еще что-то с тобой сделать, займемся и тобой.
- Нет, - прохрипел Павел, - я покажу.
- Ну и славно, - хлопнул в ладоши Иосиф Соломонович, - так, этих двоих берем с собой. Куда идти, Пашенька?
Двое громил тащили Пашу на себе, еще двое – волокли Светлану Петровну и Артура.
Лейбмахер в сопровождении пятого охранника шел следом. Они спустились в подвал по крутой лестнице – Павла просто сбросили вниз, и там уже подняли на ноги, зашли в бильярдную
- Тут? Ну и отлично. Где, ты говоришь, деньги?
- Надо нажать на круг, - прохрипел Павел. – Вон там.
Повинуясь жесту Лейбмахера, бойцы доволокли Павла до склада, подтащили к стене с осыпавшейся штукатуркой, прижали его ладонь к кругу. Лейбмахер с удовольствием понаблюдал, как отьезжает в сторону подставка для киев, появляется сейф.
Павла снова задействовали как ключ, сейф распахнулся.
- Ага, - Лейбмахер достал два кейса, открыл. – Тут, похоже, два миллиона. А где остальные? Чтобы лучше вспоминалось – помогите ему. Только не по голове.
Светлана рыдала в углу, глядя, как избивают ее сына, как сгустки крови вылетают у него изо рта, как повисла сломанная рука. Артур тихо сидел в своем углу, прижатый ногой к полу двухметровым бойцом.
