На грани

– Уматывай нах*й отсюда, а то ноги переломаю!

– Что ты творишь?! Денис! – я пытаюсь оттянуть его от Гриши, но безрезультатно. Он отталкивает меня в сторону распахнутой двери.

– Я понятно выразился!? – Гриша на это лишь утвердительно кивнул, со стоном вытирая кровь, струящуюся из носа. Денис развернулся и, схватив меня за руку выше локтя, затолкал обратно в квартиру, захлопнув дверь.

– А теперь ты… Все-таки умеешь удивлять, Нестерова. Знаешь, а ты прям рекордсменка, бл*ть. Хоть медаль на шею вешай, – Лавров с каждым словом делает шаг в мою сторону, а я интуитивно отступаю.

 – Одна ш*лава мне рога наставила после года отношений, вторая предала после пяти лет брака, а ты… – он усмехнулся, оскалившись, – а ты… ты, бл*ть, уложилась в рекордные сроки, даже съехаться не успели.

– Лавров, да выслушай ты, наконец. Мы просто с ним поговорили. Попили чай. У него девушка появилась. Он пришел все расставить по своим местам… – я пытаюсь донести до него истинную суть ситуации, но понимаю, что мои слова теперь кажутся лишь жалким оправданием.

Как же все нелепо.

– Рот закрой свой! – он приблизился ко мне вплотную и схватил ладонью за шею, сдавив ее. – Так расставили по своим местам, что он часики свои оставил в ванной. А ты вот мокренькая из душа выбежала. За*бись поговорили, результативно главное. Может мы тоже так на прощание «поговорим»? Как там это называется? Прощальный секс?

– Отпусти меня, – я вырвалась из его рук, отскочив в сторону. – Денис, поверь мне, пожалуйста! У меня ничего с ним не было, я клянусь тебе.

Я же тебя люблю, тебя! – кричу, смотря ему в глаза. Но вижу в них только лед, обжигающий лед. Он уже все решил: и за меня, и за себя. Сделал выводы. Подвел черту. Волной накрывает осознание: чтобы я сейчас не говорила, он уйдет и слушать не станет.

– Любишь… любишь… говоришь… А ты меня спросила? Мне твоя такая бл*дская любовь на кой черт сдалась?

– Денис… пожалуйста… не поступай так.

– Раздевайся. Тр*хаться будем. На прощание. Кричишь же, что любишь. Как же любимому-то «не дать» напоследок? – он зло ухмыляется, сдергивая с меня халат.

Шелковая ткань падает к моим ногам. В горле ком от обиды и понимания того, что я не могу до него достучаться. Всё до смешного глупо и нелепо. Это наш конец. Слезы наполняют глаза, смотрю на него сквозь пелену.

– Силой возьмешь? – произношу с горечью слова, не опуская взгляда. Хочу видеть его глаза. Пусть отпечатываются в моем сознании. Пусть служат моим самым больным воспоминанием и уроком на будущее.