На грани

Вызываю такси до офиса этого мудака. В ожидании машины закуриваю и тут…. Натыкаюсь взглядом на веселую компанию, явно что-то празднующую. Машина разрисована смывающейся краской, увешана шариками и плакатами «с днем рождения». Точно! Краска! Мою голову тут же осеняет гениальная мысль. Прыгаю в подъехавшее такси. По пути прошу водителя притормозить у магазина с приколами и подарками. Покупаю два баллончика со смывающиеся краской самых ядовитых оттенков, которые можно было найти в ассортименте. Снова сажусь в такси, и еду до бизнес-центра, в котором расположен офис Лаврова.

Прошу таксиста подождать меня двадцать минут. Выйдя из машины, нахожу на парковке Мазду этого урода. И своим четким, каллиграфическим, изящным почерком вывожу на окнах, капоте, дверях и багажнике слова, характеризующие в полной мере хозяина этого авто. А вишенкой на торте служит его «розовый» подарочек. Водрузив это «резиновое чудо» на крышу машины (к слову, оно было на присоске, что облегчило мне задачу), улепетываю оттуда, сверкая пятками.

Добравшись обратно до работы, расплачиваюсь с таксистом и бегу к Петру Алексеевичу, моему непосредственному начальнику. Мне нужно отпроситься на сегодня. Не дай боже, взбешенный Лавров заявится сюда. То, что он будет в ярости, я уверена на все сто процентов. Еле уговорив Петра Алексеевича отпустить меня, уезжаю домой.

Дебильный день. Мало того, что работы по горло, так еще и после обеда все словно пилюлю радости сожрали. Ходят, улыбаются как дебилы. Сборище идиотов. Бесят! Работой бы занялись лучше.

Проходя мимо секретарши, ловлю и ее на этой улыбочке. Да что за на х*й?

– Ларис, у меня что, на лбу зеленкой «дурак» написано?

– Нет, Денис Анатольевич, простите, – выдавливает секретарь, явно сдерживая смех. Да что за х*йня твориться? Я, зайдя в свой кабинет, посмотрелся в зеркало. Мой внешний вид ничем экстраординарным не отличается. Ладно, хрен с ними, надо бумаги все проверить по новым поставкам. Усевшись в кресло, занимаюсь вычиткой договора. Тут без стука в кабинет входит Вадим.

И тоже с этой лыбищей на пол лица. Садится напротив меня, лыбится и молчит.

– Что за дебильные лица у всех сегодня? В столовке ЛСД раздавали, а я пропустил?

– Ты на обед что, до сих пор не ходил?

– Нет, работы полно.

– Зря-я-я, – протягивает, улыбаясь, Вадим.

– Слушай, если ты пришел справиться о том, отведал ли я харчей столовских, то отвечаю: «Нет». А теперь вали отсюда, не беси меня своей улыбкой дебильной.

– Не кипятись.