На грани измены (СИ)

— Я голоден как волк, — усмехается мой муж.

— Тогда идемте завтракать, — говорит мама."

"Королев идеи в кухню, а я задерживаю маму в прихожей.

— Ничего не хочешь сказать, мам? — хмурюсь я. — Я уже подумала, что ты ему все рассказала. О моей беременности.

— Инн, нет, конечно, — она отрицательно качает головой. — Я ж не враг своему ребенку. Ты попросила не говорить, я и не говорила. Ни одной живой душе. Даже отцу не сказала.

На ее глазах выступают слезы. Хоть за это время папе и стало лучше, но на каждое упоминание о нем, мама реагирует очень болезненно.

— Миша вернулся неожиданно. Мы с ним перекинулись несколькими фразами о случившемся. Потом он сказал, что у вас сегодня какие-то совместные дела, — от услышанного мои брови ползут вверх.

— Только вот он меня забыл спросить, — шепотом говорю я.

— Я ему и сказала, что у тебя были другие планы, ведь он должен был приехать только завтра, — продолжает мама.

— Понятно. Идем завтракать, — спокойно отвечаю.

— Ты не хотела говорить об этом, да? — тяжело вздыхает она.

— Не то чтобы… — я поджимаю губы. — Я думаю, Мише сейчас не до моей работы. И не до моей жизни. Но в этом ничего такого нет, не переживай.

— Ошибаешься, дочка. Он с такой теплотой говорил о том, как гордится тобой, — мама шепчет мне в ухо. — Он так любит тебя, дочка. Да и вообще он такой молодой и уже добился многого.

— Мам, он целовался на нашей свадьбе с Ларисой, — не выдерживаю я. — Надоело уже слушать, какой он хороший.

Я не собиралась этого делать, но мне в самом деле уже порядком надоело его почитание моей мамой. Она не меняется в лице, будто в том, чтобы только что сказала, нет ничего удивительного.

— Мне твоя Лариса никогда не нравилась. И вот, что вышло, — хмурится мама. — А он — привлекательный мужчина.

— Считаешь, что он не виноват? — раздраженно спрашиваю я.

— Я так не считаю. Но поцелуй — ничего еще не значит. Он тебе не изменяет, Инга.

— Ладно, поедем завтракать с твоим дорогим, — я выделяю это слово, — зятем.

Завтрак проходит в спокойной обстановке. Мы почти не разговариваем — каждый из нас троих думает о своем.

Нисколько не жалею, что вывалила на маму всю правду.