Мне кажется, надо быть настоящим подлецом, чтобы ставить свои интересы выше общественных и вмешиваться в такие вещи."
"Анаис успокоена его ответом, но всё равно смотрит на меня косо. А мне становится совсем паршиво.
“Настоящим подлецом”. Вот кем посчитает меня даже подруга и её семья!
И я начинаю думать, что схожу с ума. Правда казалась мне такой очевидной, такой простой! Семьи создаются, чтобы супруги были верны друг другу. Но раз за разом люди видят что-то иное. Раз за разом мне говорят, что это я смотрю на мир сквозь кривую линзу.
Что когда мой муж встречается с молодой девчонкой - это нормально. Что найти Алистеру любовницу - почти правильно и даже нужно. А моё желание сохранить семью - неуместно. Низко. Вредно.
Может, с ума сошёл весь мир.
Взгляд снова блуждает по залу и видит волосы, одежды, блеск драгоценных камней… и вдруг цепляется за фигуру светловолосого парня. За фигуру молодого Лотера, который облил меня вином с час назад.
Я решила, что он может подставить меня по чьей-то воле. Не просто так.
Потому что он человек… определённой репутации. Человек с его репутацией вполне мог бы такое сделать - да что там, он мог бы сделать многое, не считаясь с мнением заигравшихся в невинность дворян. Он бы мог выслушать предложение с печатью “для настоящих подлецов” или “от подлеца подлецу, из рук в руки”.
А ещё он светлый маг. Красивый и молодой.
О Тьма!
- Я пойду, - резко говорю Анаис и её сыну. - Мне нужно кое о чём подумать. Благодарю за вечер.
Они что-то отвечают, но я не слышу их слов.
Просто быстро иду прочь с этого праздника жизни.
Глава 4
Три дня спустя я сижу в отдельной ложе ресторана. Пара светильников отбрасывают тени на расшитые бархатом стены, полумрак создаёт ощущение безопасности. Надеюсь, не ложное.
Я прибыла инкогнито. Пешком, после прогулки. И если меня спросят, скрываюсь ли я - да, ото всех кроме хозяина заведения, который давно и верно мне служит. Даже немного тревожно: я второй раз за пять минут поправляю скрывающую лицо вуаль.
Хотя по правде говоря, следить за мной некому.
Да и игрой в прятки и переодевания меня не напугаешь. Всякое бывало.
Последние три дня были тяжёлыми. Нет, Алистер не изменился, он всё такой же - уверенный, неразговорчивый и суровый. Уходя на службу рядом с иномирянкой, он по-прежнему целует меня.
А я думаю о том, как он проводит день с девчонкой.
“Будь Алистер счастлив, он бы и не взглянул в мою сторону”. Её слова преследуют меня. Я пыталась отбросить их, поговорить с Алом снова.
