Работы предстоит немало, я даже задумываюсь о помощнике. Плюс мне обязательно нужно занять руки и мой пытливый ум, который ни на минуту не перестает прокручивать мысли по поводу странного поведения мужа…
– В общем, Ксюня, жду вас с Глебом у нас с отцом! И не опаздывайте.
– Конечно приедем. Я надеюсь, мам, ты, наконец, уговоришь папу позволить мне сделать вам ремонт.
– А что такое? Сопротивляется? – не понимает мама, и я поясняю:"
"– Я много лет пытаюсь обновить его квартиру, но он уверяет, что не любит перемены.
Теперь я понимаю, что он имеет в виду! – заканчиваю разговор с улыбкой, переключая кнопку на панели управления автомобиля, чтобы по громкой связи поговорить с мужем.
Разговаривать по мобильному телефону за рулем опасно, а я не сказать, что очень хороший водитель.
Все еще приноравливаюсь к езде по русским дорогам. Приходится вспоминать правила дорожного движения и помнить, что часто наши водители надеются на авось и считают водителей-женщин обезьяной с гранатой.
– Привет! – мой жизнерадостный голос звучит на фоне шума трассы и звуков на заднем фоне у Глеба.
Не пойму, где он находится. На офис непохоже. Кажется, что он на улице. Детские крики какие-то. В кафе он, что ли, забежал, чтобы кофе выпить?
– Привет, Ксюш, давай я тебе перезвоню? Я занят тут немного.
Озабоченный голос мужа сбивает с толку. Бросаю взгляд на часы. Вроде бы рано на обед идти, хотя он мог и с партнерами где-то пересечься. Ксюша, хватит включать подозрительную стервозу!
Ты либо веришь Глебу и живешь спокойно, либо видишь повод для ревности там, где его нет и разбираешься с мужем!
– Хорошо, – кладу трубку и барабаню пальцами по рулю, покусывая губы.
Нет, так дело не пойдет. Несмотря на усилия Глеба сделать вид, что ничего не изменилось, я ощущаю эти перемены. Шестым чувством. Женской интуицией. Нутром. Называйте как хотите. Грозовые тучи уже собрались на горизонте.
Я обязана выяснить, что творится, при этом не показаться никому подозрительной невротичкой.
О своих предположениях лучше молчать, нужно быть мудрее и хитрее.
Спустя минут десять перезванивает муж. В моем преувеличенно бодром тоне он не улавливает никаких посторонних ноток.
Я умею держать себя в руках. И вида не подаю, что хочу расспросить его и потребовать объяснений. Я выше этого. Вместо этого говорю о другом:
– Глеб, нужно купить какой-то подарок на воссоединение моих родителей. Что-то ценное, что останется на память.
