На границе империй. Том 10. Часть 4

Зато много плюсов, полезная тренировка всех мышц, в горах всегда свежий, чистый воздух и масса положительных эмоций.

— Даже не знаю, никогда не пробовал.

— Я сам этим занимаюсь. В горах хорошо, лезешь наверх и забываешь о работе и других проблемах. Кстати, а ты умеешь глайдер пилотировать?

— Раньше приходилось пилотировать, но это до флота было, — соврал я, чтобы поддерживать легенду.

— Тогда тебе нужно срочно учить базу по ним.

— Срочно? К чему срочность?

— А как ты будешь летать между участками? Нас на следующей неделе начнут отправлять по другим участкам.

— А что до них можно добраться только на глайдере?

— Нет, конечно, но приходиться много, с собой везти. Потащишь это всё на монорельсе?

— Понятно. Тогда обновлю базу.

— Можешь и глайдер сразу арендовать. На работу и обратно на нём. На нём же можно в горы слетать. Удобная штука.

— Взял бы тебя с собой, но мы по сложным маршрутам лазаем, а тебе пока нужны маршруты для новичков. Потренируешься, наберёшься опыта, потом можем взять с собой.

— А как же экипировка? — вспомнил, что она у меня когда-то раньше была.

— Выдадут на месте. Инструкторы тебе её напрокат выдадут и сразу проверят перед восхождением, а потом сам купишь, если понравиться.

В помещение вернулся Генри, и мы замолчали. До вечера мы втроём работали. Как только закончился рабочий день. Генри спросил:

— Отремонтировал дроида?

— Нет, мне нужны запчасти и новый корпус. Этот корпус невозможно восстановить. Слишком серьёзные повреждения.

— Дело в том, что по регламенту ты должен ремонтировать одного дроида в день.

— Так где твой отремонтированный дроид?

— Вон лежит. Дроид-уборщик. Я его сегодня отремонтировал и передал искину под управление. Можешь проверить.

— Я тебе сказал отремонтировать дроида чистильщика, а почему ты тогда занимался ремонтом дроида уборщика?

— Я могу не одного дроида ремонтировать, и регламент мне это не запрещает, а сразу несколько. Как только, появятся запчасти к дроиду чистильщику, отремонтирую и его.

Я услышал, как он заскрипел зубами от злости.

Впрочем, всё это я уже проходил, и меня это не волновало от слова совсем. Сколько я здесь проработаю, было неясно, возможно, завтра придётся бросить всё и улетать отсюда. Меня больше волновало молчание Марине. Понятно, что она не могла связаться мной напрямую, через полицейскую сеть, но что-то передать однозначно могла. Как мне действовать дальше, я не знал.