Сердце долбилось в груди, как бешенное. И стандартные приёмы по укрощению тревоги и беспокойства не срабатывали, потому что речь шла об Ане.
Тихий щелчок и в дверном проёме появляется встревоженное лицо с огромными влажными глазами. Я разворачиваю засранца к ней и спрашиваю:
— Ты его знаешь?
Растерянность на лице, испуг. Кукла опускает взгляд и кивает.
— Я же говорю, что баба моя! — радостно скалится этот придурок. — Нют, скажи, что у тебя замок заклинило.
Я тряхнул ублюдка и чуть ли не пинком отправил его с лестницы.
— Проваливай и забудь сюда дорогу.
— Э, да ты чё, охренел, что ли?! — обернулся этот идиот.
Я молча достал ксиву и раскрыл, особо не давая вглядываться. Не положено. И так подействовало, как надо. Такие придурки всегда знают о последствиях
— Ещё раз увижу, сядешь за наркоту.
— Понял, начальник.
Проследил за тем, как стихает звук шагов на лестничной площадке и обернулся к той, кто умолчал о существовании в своей жизни таких идиотов. Сердце в груди заходилось от неприятия ситуации.
Неужели, реально парень? Впрочем, судя по её лицу, скорее надоедливый поклонник.
— Я была с ним на паре свиданий всего, — оправдывается тихо.
Усмехаюсь с каким-то облегчением и подхожу к ней. Кукла открывает дверь, впуская внутрь своей небольшой обители. А меня накрывает её запахом. Тут всё им пропитано, и он словно проникает в мозг и под кожу. Смотрю на неё и сглатываю ставшей вязкой слюну. Хочется схватить, прижать к себе и долго истязать лаской, которое заслужило это хрупкое тело.
Но я помню, что буду первым, поэтому держусь из последних сил.
19
Разулся и прошел следом за тонкой фигуркой хозяйки квартиры. Усадила на мягкий диван.
— Чай?
Разве махровый розовый халат до колен способен так возбуждать? Аж до тьмы перед глазами. Выдохнул стиснув зубы и кивнул. Аня тут же отправилась на кухню, а я, не имея возможности свободно сидеть, решил пройтись по комнате и изучить то, что является частью её жизни и быта. Блокноты, разноцветные ручки, множество книг в шкафу, маленький ноутбук на журнальном столике и живые цветы в горшках на подоконнике.
На допросе она рассказывала, что работает менеджером по продаже мебели, и надо сказать, что комната обставлена со вкусом.
— Сколько сахара? — доносится с кухни.
— Одну ложку, — и уже тише добавил: — Желательно в свой рот. Я его так съем.
Взгляд наткнулся на тонкую детскую медицинскую карту на комоде. Пролистал первые и последние записи. У меня-то история побогаче будет.
