— Поможешь?
— Зачем, если есть я?
Если я просто призвала клинок, то Тина, выругавшись, метнула в девицу проклятье, от которого та тут же начала икать.
— Тиссия, — я стиснула переносицу пальцами, — как ты здесь оказалась?
— Ык.
— Тина?
— Сейчас, — буркнула подруга.
— Тиссия?
— Ык-ык-ык!
Я устало вздохнула и села на пуф. Тиссия точно не могла пройти сквозь гостиную в спальню и потом в гардеробную. Хотя гардеробной это сложно назвать — просто очень большой шкаф, в котором поместились не только все мои платья, но и матр… Матрас?!
— Меня другие служанки бьют, — поделилась с нами горем Тиссия, когда Тина сняла-таки свое проклятье.
— За то, что хорошо устроилась. Другие то кружево стирают, то начищают украшения, то еще что-то. А я хожу, семечки щелкаю. Вы меня не гоняете, за волосы не таскаете, по щекам не бьете. К чистоте не придираетесь.
— Так… Чисто же, — я растеряно пожала плечами, — конфеты, печенье. Чай, вон, сам собой на полках появляется. Что еще-то?
— Вот, я сразу поняла, кому служить хорошо, — Тиссия немного пригорюнилась, — а хвастаться плохо.
Но это я узнала только тогда, когда меня все-все разлюбили. И даже начали немножко ненавидеть.
Тиссия помогла мне переодеть платье, а после заплела хитрую косу.
— Это не коса, — она плутовато улыбнулась, — это хвост с парой десятков невидимых тонюсеньких лент. И я волосы вот так потягиваю в разные стороны и получается, как воздушная, легкая-легкая коса. И теперь ваше украшение.
— Украшение?
— Оно в спальне лежи, я видела.
— Ты хоть что-нибудь не замечаешь? — возмутилась Тина и, оставив нас, пошла за моей цветочной ниткой.
— Ты его не показывала, — подруга вернулась очень быстро.
— Это подарок, — тихо сказала я.
— Вот и все, хвала магии и бытовым заклятья, — Тиссия отошла в сторону, а после и вовсе выскользнула наружу. — Пойду, погуляю, побешу коллег.
— Так хвастаться же плохо? — поддела ее Тина.
— Очень плохо, но если меня уже не любят, то чего ж терять?
— Какая глубокая мудрость, — хмыкнула Тина и затем доверительно добавила, — она меня пугает.
Появляется и исчезает подобно призраку.
— Весь дворец пронизан тайными ходами, — вздохнула я. — Ходами для прислуги, тайными ходами от которых утерян ключ. Тайными ходами, предназначенными для семьи правителя.
— Стены были бы в три комнаты толщиной!
— Магия, — напомнила я.
И призвала зеркало.
Это было хорошо. Насыщенно-синий узор превосходно гармонировал с серебряной тканью. Тканью, которая едва уловимо напоминала чешую мифических драконов.
