Но вот если я опозорю себя настоящую, свой род, свой край, свое имя — этого никто понять не сможет.
Рассказав все друзьям, я рухнула в кресло и прикрыла глаза.
— Хотелось бы видеть лицо Лилианы Морей, когда ты облила ее чаем, — восхищенно выдохнула Тина.
— Технически, я облила чаем всех и даже себя, — поправила я подругу, — никто не сможет сказать, что я сделала это специально. Все случайно — хотела погадать на чаинках, и забыла, что еще не выпила чай. Смутилась от высочайшего внимания принца-бастарда.
— Слу-ушай, а это же ты запустила ту шутку, — вспомнил вдруг Марон, — как там было? «Знаете, почему Индир Рентийский редко выходит в город? Потому что его постоянно забирает стража, ведь он незаконный!».
Фыркнув, я покачала головой:
— Нет, это кто-то другой постарался. Я уже не помню, что со злости навыдумывала, но точно не это. Ой.
— Что? — Тина подскочила, — тебя опять куда-то звали, а ты забыла?
— Нет, — я помотала головой, — Тиссия говорила, что мы будем тянуть жребий. Но нас распустили без объявления очередности!
Марон пожал плечами:
— Плохо себе представляю вытягивание жребия толпой девиц.
Может вам в футляры записки сунули?
Вспомнив про украшение, я вытянула футляр и, чуть потрудившись, все же смогла его открыть.
— Ты говорила про розовый жемчуг, — медленно произнесла Тина.
А я смотрела на черный овал акронита, колдовского камня, на котором покоилась изящная серебряная туфелька.
— Ты у него с обувью ассоциируешься, — протянул Марон, — странно это.
Вот только эта туфелька по форме была один в один как та обувка, что он создал специально для меня.
Мы все дружно рванули в мою спальню, искать наколдованные туфли. И да, во-первых, они все еще не растаяли, а во-вторых, это были именно они.
— Знаешь, главное, чтобы он не вспомнил, как ты его обратно в Иль-доратан пихнула, — медленно произнесла Тина.
Марон же в это время потрошил футляр и, найдя там что-то, усмехнулся:"
"— А он уже. Наша Мина выступает первой. Завтра.
6.5
Подскочив, я выхватила из рук Марона злосчастный листок и вчиталась в летящий почерк.
— Ты не ошибся, — констатировала я и с отвращением отбросила письмо.
— Да, — Марон всплеснул руками, — представь себе, за пять лет обучения меня не только надрессировали колдовать, но еще и читать научили! А еще, вспыльчивая ты наша, обрати внимание, что чернила не магические. Не иначе, как секретарь Правителя лично ручками писал, а не заклинанием бланки заполнял.
