- Я просто хочу убраться отсюда.
- Я знаю, - легонько, я провожу пальцами по его предплечью. Я люблю его тугие, гладкие, рельефные мышцы и могу касаться его кожи бесконечно. Но тени от окна из коридора привлекают мое внимание. - Похоже парни пришли повидать тебя.
Дрю приподнимается на слабых руках, его взгляд безумен.
- О, черт, нет.
- Что ты имеешь в виду, под своим ""нет""?
- Избавься от них, Анна, - он выглядит крайне паникующим.
- Дрю, я не скажу им уйти. Они, должно быть, волнуются о тебе.
Он хватает меня за руку.
- Я не хочу, чтобы они видели меня вот таким, - его веки опускаются, и парень отводит взгляд. - Я не хочу слышать об игре. Или встретиться с ними лицом к лицу. Блядь!
Так как Грей уже направляется к двери палаты, а за ним и вся команда, я уклоняюсь от руки Дрю, встаю и наклоняюсь к нему.
- Эти парни любят тебя. И ты любишь их. Не забывай об этом, - я целую его в щеку и делаю вид, что не замечаю его сердитого взгляда, говорящего мне, что я предатель, пока выхожу за двери.
Я ПРИСТАЛЬНО СМОТРЮ на дерзкую попку Анны, раскачивающуюся, пока девушка выходит из комнаты. Вероломная женщина. Когда она выходит, мне приходится повернуться к ребятам, которые заходят в палату, словно идут на гребанные похороны. Разве они все это так воспринимают, серьезно? Леди и Джентльмены, вот и умерла карьера Дрю Бэйлора. К сожалению, он не достиг пика славы, обожания и восторга фанатов. Нет, его выбросило на обочину, пока парень кричал от боли и хотел плакать по своей мамочке.
Черт.
Никто и словом не обмолвился, пока они выстраиваются в палате, образуя шеренгу, заполняя воздух ароматом дезодоранта, геля для душа и того слабого запаха, который я называю ""футбол"".
Черт. Черт. Черт."
"Я должен поднять взгляд, и от этого моя шея болит. Глаза жжет, когда пытаюсь держать их открытыми. Меня окружают ребята из стартового состава команды, запасные стоят поодаль, несколько даже в коридоре.
- Эй, - говорю я, не обращаясь ни к кому в частности.
В ответ слышится хор ворчаний:
- Эй, Боец.
Все так неуклюже, что я начинаю задыхаться. Под простыней я стискиваю руки в кулаки. Я не встречаюсь с ними взглядом, и они не стремятся заглянуть мне в глаза. Грей выступает вперед и плюхается на место, которое только что занимала Анна.
- Иисусе, пошутите уже кто-нибудь или скажите хоть что-то.
Пара парней нервно смеются. Когда их смех стихает, наступает оглушительная тишина.
