Его огромное тело разрезает путь через толпу, будто острое лезвие. Боже милостивый, а он прекрасен; его длинные ноги обтянуты в потертые джинсы, коричневая футболка обтягивает грудь, подчеркивая ширину плеч и стройность талии.
Здесь, в комнате полной мальчиков, Дрю - мужчина. Крупный, сильный и просто значимый. Это странно, но он здесь тоже чужой. Разница между нами лишь в том, что окружающие хотят, чтобы Дрю стал для них своим парнем.
Все это время его взгляд остается прикован ко мне. Это нервирует.
Так сильно, что пальчики на моих ногах поджимаются внутри любимых Vogs.
Дрю останавливается прямо передо мной. Слишком близко для случайного знакомства. Даже на каблуках мне приходится запрокинуть голову назад, чтобы встретиться с ним взглядом.
- Анна Джонс, - протяжно говорит он, - не ожидал тебя здесь встретить.
От его волнующей близости мои внутренности скручивает.
- Я здесь не по собственной воле, - бормочу я.
Его кривая улыбка становится шире.
- И кто же заставил тебя прийти?
- Айрис, моя соседка по квартире и в скором времени личность, занесенная в список пропавших без вести.
Легкий смешок срывается с его уст, и в глазах появляется тепло.
- Ну не знаю... В некотором роде я ей признателен.
- Ты можешь ее поблагодарить, когда Айрис закончит сосать лицо своего парня. Что касается меня, то я ухожу.
Бэйлор морщит лоб.
- Уже? Ты же только что пришла.
- Откуда ты это знаешь? Может быть я здесь уже несколько часов.
Он переносит вес на другую ногу, перемещая свое тело ближе к моему.
- Джонс, я знаю, в какую секунду ты вошла в эти двери.
- Чушь, - говорю я рефлекторно.
Но он усмехается.
- Я не лгу тебе.
Волоски по всему телу встают дыбом, а моя плоть сейчас так возбуждена.
- Как такое возможно?
Еще один смешок слетает с его губ.
- Серьезно?
А затем он делает это. Его взгляд опускается к моей груди, сосредотачиваясь на ней, пока его ноздри раздуваются, прежде чем глаза вновь подымаются к моему лицу. Когда наши взгляды встречаются, Дрю смотрит на меня смущенно, будто признавая, что он ублюдок, но абсолютно об этом не сожалея.
Не то, чтобы я его винила за это. Моя грудь выпирает за край топика. Но вместо того, чтобы ее прикрыть, я складываю руки прямо под ней. От чего она приподымается еще выше. Это вызов. Я так думаю. Однако не уверена, зачем, черт возьми, я вообще это делаю.
На щеках Бэйлора появляется легкий румянец, а взгляд вновь скользит вниз.
