– Я выяснил, кому на самом деле принадлежит тот коттедж, где вы схватили киллера! – радостно сообщил он. – Я только что закончил допрос гражданки Панкратовой и выяснил, что она приходится племянницей одному влиятельному чиновнику.
– И кому же?
– Есть там такой начальник разрешительного отдела, зовут его Сидоров Борис Николаевич. Вот ему на самом деле эта усадьба и принадлежит. Он в прошлом году дал своей племяннице деньги, и она купила этот объект недвижимости. Условия такие: она может там отдыхать со своей семьей, может что-то выращивать на участке.
Но не должна этот коттедж продавать и сдавать внаем. А когда Сидорову коттедж потребуется, должна без звука передать ключи и не задавать лишних вопросов, кому понадобился коттедж и зачем. Что она и сделала три дня назад.
– Молодец, лейтенант, просто молодец! – воскликнул Гуров. – Теперь сделай вот что: сними с этой Панкратовой все показания, чтобы у нас все было зафиксировано. И документы на коттедж забери. А потом езжай к зданию администрации и организуй наружное наблюдение за гражданином Сидоровым.
Чтобы, как только он выйдет с работы, мы знали обо всех его передвижениях. Все, лейтенант, выполняй!
Лев отключился, спрятал телефон и повернулся к Крячко:
– Теперь нам все известно! Мы знаем фамилию заказчика!
Глава 27
– И что это за фамилия? – спросил Крячко.
– Сидоров! Начальник разрешительного отдела в администрации.
– Подожди! Но, насколько я помню, этот Сидоров – лучший друг погибшего Котова! Стало быть, Котов тоже входит в преступную группу!
– Нет, не входит.
Тут расклад совсем другой. Я тебе позже все расскажу. Сейчас нельзя терять времени, нужно срочно ехать в управление, оттуда в прокуратуру, потом в суд. Нам надо получить разрешение суда на арест Сидорова. Его необходимо задержать уже сегодня, откладывать это дело нельзя.
Друзья сели в «Опель», Крячко завел мотор и выехал со стоянки. Уже по дороге в управление он спросил:
– А что мы будем вменять Сидорову, добиваясь его ареста? Какие деяния?
– Да все деяния, которые тут происходили! – ответил Гуров.
– Абсолютно все! Я теперь все ясно вижу. У меня словно пелена с глаз упала. Теперь мне ясна причина всех этих убийств. Мне даже спрашивать Сидорова по большому счету не о чем – я уже знаю ответы на все вопросы. Об одном только жалею: что я раньше обо всем не догадался. Если бы раскинул умом получше, Максим Крупнов остался бы жив.
Гуров находился в возбуждении, которое всегда охватывало его, когда расследование близилось к завершению.
