Мы неспешно прогуливались по знаменитому Карловому мосту и наблюдали на нем костюмированное представление. Надолго пропали в Пражском граде. Наслаждались чудесным видом на город с Южной башни. Бродили по извилистым улочкам, рассматривали старинные соборы и время от времени заходили в местные пивоварни или кофейни.
Мне безумно нравились замки, особенно средневековый Карлштейн, который казался мне воистину колдовским – было в его гордых готических шпилях что-то сказочное. Правда, находился он на вершине горы, и одну ночь мы решили провести в живописном одноименном городке у подножья замка.
Антону отчего-то запал в душу музей Франца Кафки, по которому он бродил с весьма задумчивым видом, заложив руки за спину, и, конечно же, стена Джона Леннона – этакий символ мира и свободы. А еще – дом Фауста, о котором ходили мистические слухи. Согласно легенде, в этом доме жил Иоганн Фауст и даже оставил свою подпись. Кроме того, здесь жили звездочеты, маги и прочие непонятные личности, так или иначе творившие чудеса.
Для посещения дом Фауста был закрыт, мы смогли увидеть его лишь снаружи, и честно говоря, после всех прочитанных про него ужасов мне стало не по себе, зато Антону все было нипочем. Он с интересом осматривал старинное здание в ренессансном стиле, находящееся на углу Карловой площади, делал снимки на фотоаппарат и, как я поняла – вдохновился, ибо весь вечер потом писал что-то в обычном блокноте, никого не слыша и ничего больше не видя. Сожалел только, что не взял с собой гитару.
А потом через пару месяцев у группы «На краю» появилась новая песня с незамысловатым названием «Мой Фауст».
Не зря говорили, что Прага – романтичный город, волшебный и таинственный. В нем все было прекрасно.
Ночью и вечером мы с Антоном оставались наедине, почти не смыкали глаз, наслаждаясь друг другом. Не помню день, в который бы мы выспались, но сон отошел далеко на второй план."
"Мой День рождения мы справили вдвоем, сидя за столиком в тихом ресторанчике в центре Праги, окна которого выходили на искрящуюся рождественскими огнями улицу.
Я просила не делать мне подарков – столь впечатляющего путешествия хватило мне за глаза, но Антон все же поставил передо мной маленькую бархатную коробочку, в которой лежали серьги. Изящные, даже хрупкие, серебряные, но с переливающимися под светом камнями.
– Я боюсь спросить, сколько они стоят, – сказала я, глядя на это чудо.
Но Антон так сердито посмотрел на меня, что я вынуждена была замолчать.
