Если он больше не нужен ей, почему она ничего не сказала ему, а снова просто сбежала?! Он не достоин искренности?
«О чем ты молчишь, Катя?»
«Думаю о тебе».
«И что надумала? Как сбежать?»
«Нет. Думаю о том, что хочу знать о тебе все. Хочу научиться чувствовать тебя. Понимать. Защищать. Доверять».
О чем ты молчишь сейчас, Катя?
Кей смотрел на высокое голубое небо, на востоке опутанное тонкой полупрозрачной паутиной облаков.
Он научился чувствовать ее.
Научился ее понимать.
Доверять.
А она?
Ему казалось, что да.
С трудом взяв себя в руки, Кей позвонил Нине – наверняка та должна знать, где ее подруга.
В отличие от Кати Журавль ответила быстро.
– Клей? – крайне изумилась Нина и поинтересовалась нахально:
– Что надо?
– Где Катя? – только и спросил он.
– А я откуда знаю? – жутко удивилась девушка. И ехидно спросила: – Что, потерял свою ненаглядную?
– Не беси. Где Катя? – все тем же холодным голосом со скрытой в нем угрозой повторил Кей. Он был уверен, что Журавль обо всем знает. Не может не знать.
– Без понятия, Тропино, – фыркнула Нина. – Я, знаешь ли, ей не сторож. На работе должна быть сегодня. Ее смена. Боже, что у тебя за голосочек? Мальчика обидели? – засюсюкала она издевательски, явно находясь в хорошем расположении духа.
– Что случилось? – зло спросил Кей.
– У меня – ничего. А у тебя? – поинтересовалась девушка.
– У Кати. Что случилось у Кати? – как робот, повторил он.
– Ничего не случилось у Кати. Кроме того, что у нее случился ты, – отвечала Журавль весело.
– Скажи ей, чтобы позвонила.
Не пряталась.
– Что-о-о? – весьма удивилась Нина. – Ты вообще в себе?
– Ты же в курсе всего, Демоница. Не удивлюсь, если это твоя идея. Просто скажи ей, что не нужно прятаться. Пусть ответит. Объяснит свой поступок.
– Блондинчик, ты меня пугаешь. Что произошло?
Однако вместо ответа удивленная Нина услышала лишь короткие гудки – Кей бросил трубку.
Он вновь попытался позвонить Кате – и вновь остался без ответа.
Звонил ее родственникам. Все в один голос говорили, что не знают, где она.
И только Кира вспомнила, что Катя пошла гулять с какой-то Диной.
– Я еще сначала услышала не Дина, а Дима, – сказала она Кею, сжимающему кольца в кулаке.
Третья волна ярости – ледяная, бурлящая, пенистая, захлестнула его внезапно. И он, задыхаясь в этой ярости, и в страхе, и в обиде, беззвучно закричал – так, что натянулись все мышцы и жилы на шее.
Она нужна ему. Нужна, черт подери!
– Что случилось? – раздался голос Арина. На плечо Кея легла его рука.
