– А если бы твоя любовь была с другим? Боролся бы?
– Боролся. Почему ты спрашиваешь об этом? – удивился Смерчинский."
"– Хочу понять себя, приятель. Встретил одну девушку. Она – с другим. А тот другой, такой же, как я. Странно звучит, да? Я скоро покроюсь ванильною глазурью и буду таять на солнце, – усмехнулся Кезон.
– Я бы посмотрел на это, – отвечал Смерч. – Хочешь увести ее?
– Да. Было бы неплохо.
– Кажется, я знаю тест на чувства, – сказал Дэн внезапно. – Защитить любовь ты хочешь сильнее, чем бороться за нее.
Кезон принял его слова к сведению и перевел разговор. Общение с Дэном почему-то приводило его в душевное равновесие. Хоть тот был младше и менее опытнее, однако мог сказать здравые мысли, и Кезон прислушивался к нему.
Этой ночью он не спал. Слушал музыку, жевал что-то, переписывался по Интернету.
Хизер появилась в сети. Написала целую простыню.
«Здравствуй. Я очень жду, когда это произойдет. Катя недостойна такой любви. Надеюсь, ты не обижаешься на меня за эти слова – знаю, она тебе дорога.
Однако из-за нее одной несчастливы все мы: я, ты, Алина, Кирилл. Так или иначе в это втянуты мои родители и мать Кирилла. И даже мой брат! Мой старший брат, который просто хотел защитить меня. После его выходки, когда Рик устроил драку, отец наказал его, отобрал наличные, машину, заблокировал карты.
Справедливо ли это? Что из-за одного человека и его эгоистических желаний столько проблем?
Я все больше склоняюсь к ответу, что нет.
Ты спрашивал меня, почему вся моя злость направлена не на Алину, а на Катю? Ведь Кирилла увела именно Алина.
Я отвечу. Во-первых, Алина так же несчастна, как и я. Я отлично ее понимаю. Я знаю, что она живет мыслями об Антоне, как я – мыслями о Кирилле. И если бы у них был третий брат, я бы забрала его себе, чтобы он заменял мне любимого человека. Быть с близнецом того, кто дорог – отличный выход для отчаявшихся.
Не смейся.
Я отчаялась.
И я не могу винить такого же отчаявшегося человека.
Во-вторых, до того, пока Катя не появилась во всей этой истории, у всех были шансы.
У Алины – на Антона, у меня – на Кирилла, у тебя – на нее.
Но стило Кате появиться… все разрушилось.
Я думаю, если бы не все это, мы бы смогли подружиться. Она хорошая. Но она слишком счастливая. А я ненавижу счастливых людей.
Как страшные ненавидят красивых, как бездарные – талантов, как рабы – сводных. Глупо? Возможно. Но я просто говорю то, что вижу.
Катя слишком счастлива.
