Это восхищало и нервировало одновременно. Впрочем, Кей всегда вызывал в Кезоне неоднозначную реакцию.
Как все-таки вышло забавно. У его отражения есть свое отражение.
Чертовы братья."
"Братья должны быть похожими – не снаружи, внутри. Как они с Кеем.
– Неплохие ребятки, – одобрительно сказал стоящий рядом Марс, качая головой в такт яростной музыке. «На краю» ему явно нравились. – Твои земляки?
Кезон неопределенно пожал плечами.
– Вроде бы.
– Не нравятся? – удивленно спросил Марс. Красный ирокез на его голове был похож на гребень.
– Качает же!
– Музыка не вставляет. Вокал средний. Звукоизвлечение, как в агонии. Скучно. Пластмасса, – отозвался лениво Кезон. Сам он перед выступлением «Красных Лордов», которые закрывали первый день фестиваля, не волновался. Сейчас он вообще не испытывал ничего, кроме злости – на Кея, на Катю, на самого себя. И пытался сигаретным дымом заглушить отголоски вины.
Пришло сообщение – от Хизер. Она написала всего одно слово: «Получилось?»
«Нет», – коротко ответил он.
«Почему?!»
Кирилл не стал ей отвечать – настроения у него не было абсолютно.
Развернуто он напишет ей потом, позднее. Когда придет в норму.
«Пожалуйста, скажи, что случилось!» – писала Хизер, но Кезон спрятал телефон.
– А по мне – крутые чуваки, – с жаром возразил Марс. – Гитарные рифы огонь. Тяжело, технично и рвано.
– У тебя никогда не было чувства вкуса, – отвечал со смешком Кезон, глядя на сцену, ярко освещенную прожекторами. Ему не нравились слова Марса, не нравилось то, как тепло принимает Кея и его команду аудитория, не нравилось, что где-то там находится Катя.
Не нравилось, что он проиграл. Хотя все так отлично рассчитал.
– А у тебя – чувства такта, – появился из ниоткуда Визард, облаченный в сценический костюм и с белым, как у призрака, лицом. У «Лордов» была своя гримерка. – Вокал красив. Надрывный, мощный. В твоей вокальной линии не всегда есть такие оттенки эмоций.
Кезон взбесился – волна ярости накрыла его за секунду.
– Пошел ты, – сказал он, бросая окурок на пол, прямо под ноги Визарду, и стремительно удалился в гримерную.
– Пр-р-ридурок, – привычно процедил сквозь зубы Марс. Они постоянно спорили.
– Он просто влюблен, – тонко усмехнулся Визард, ботинком туша окурок.
– Кто?! Этот чертила? – захохотал Марс. В такие душевные порывы Кезона он не верил. Слишком хорошо, как думал, знал его.
Выступление «Красных Лордов» началось с задержкой, через пару часов после того, как на землю с неба опустилась темнота, усыпанная звездами.
