Нинка поняла, что Эльза Власовна совершенно выжила из ума.
– За кого? – прямо спросила она, поняв, что пути назад нет. Замуж – не самое плохое. От супруга можно всегда избавиться.
– В тот раз кандидатура была шикарная, – улыбнулась вдруг Эльза Власовна. – А в этот… Узнаешь через месяц.
– Что? – не выдержав, воскликнула Ниночка. Воспоминание о Келле, за которого бабка сватала ее, больно кольнули под лопаткой.
– Не ори, не дома, в привычном свинарнике, – сердито взглянула на нее Эльза Власовна.
– Часть денег получишь сразу после того, как я увижу свидетельство о бракосочетании. Еще часть – когда пойму, что в вашей семье царит гармония и любовь. Третья часть – после рождения ребенка. Четвертая – после моей смерти.
– Вы шутите? – спросила потрясенная Нинка, не думавшая, что у гиены настолько заклинит мозг. У нее что, с возрастом извилины испарились?
– Твоя главная черта, милая, – глупость, – с раздражением произнесла пожилая женщина. – Ты когда-нибудь слышала мои шутки?
Нинка, переваривая услышанное, медленно покачала головой.
– Кстати, это, – Эльза Власовна взяла лист из пачки бумаг, лежащих на столике, и написала на нем весьма внушительную цифру с большим количеством нолей, – мое состояние, включая движимое и недвижимое имущество, драгоценности, антиквариат и акции. Это, – она написала еще одно число, поменьше, – то, что ты получишь через месяц. Если выполнишь мое условие, разумеется. Ясное дело, не хватит, чтобы урегулировать все те проблемы, которые сам себе создал Витя, но поможет отцу остаться на плаву.
Согласна? Даю на раздумье минуту. Племянниц у меня много, а наследство – одно, – с противной усмешкой добавила она, глядя на застывшее Нинкино лицо. Та думала недолго. И спустя секунд тридцать, раскидав в голове плюсы и минусы, ответила сухо, но четко:
– Согласна.
– Вот и славно. Согласие облегчает взаимопонимание, – довольно качнула головой пожилая родственница, не знавшая, какие жуткие картины расправы над ней сейчас роятся в хорошенькой головке племянницы.
– Кто жених? – только и спросила Нина.
– Интрига, – делано ласково улыбнулась ей хозяйка дома. – Внук моего хорошего приятеля. Думай так. Да и какая тебе разница? Ты ведь уже продалась, – смакуя каждое слово, пропела довольная тетка.
– Ах, как сладка месть. Любимое мое блюдо. Нечего было Вите выставлять меня на посмешище, – как-то по-детски обиженно заявила тетка.
