Пусть в твоей жизни будет много любви и счастья».
«Может быть, ты и права, Катя, – напечатал Кезон в ответ. – Может быть, я просто хотел быть счастливым, как моя чертова копия. Знаешь, я жалею, что решил познакомиться с тобой. Сам создал себе неприятности. Любовь – это проблема. Настоящая головная боль. Апофеоз одиночества. Ты не должна была появляться в моей жизни. Хотя я люблю тебя до сих пор. Я одновременно ненавижу вас и восхищаюсь. Вы слишком счастливы, чтобы я пожелал вам счастья. Иначе вы просто в нем захлебнетесь».
И не отправил сообщение. Стер. И напечатал другое:
«Было весело, крошка. Синий Зверь доволен».
И поставил веселый смайл.
* * *Дина, держа руки на руле, нервно посмотрела на часы – Катя должна была выйти из отеля, но ее все не было и не было. А телефон не отвечал. Дина не понимала, что происходит – то ли Катя просто опаздывает, то ли обо всем догадалась. Нет, догадаться она не могла. И предупредить ее никто не мог. Синий Зверь ничего не знает – она лишь намекнула ему о том, что завершит начатое дело.
Подробности ему неведомы."
"Дина вновь бросила быстрый взгляд на наручные часы, тонкой кожаной змеей обвивавшие запястье. Где носит Катю? Почему она заставляет ее ждать?
Дина ненавидела Катю не как человека, а как обстоятельство, приносящее несчастье. Досадную помеху, которую следовало устранить с пути. Препятствие, умеющее двигаться, разговаривать и дышать.
Катя была слишком эгоистичной, решив, что счастье должно принадлежать только ей. Но сегодня это закончится. И скоро счастливы станут все остальные.
Самое слабое звено этой цепочки следует исключить.
Дина порою понимала абсурдность собственных мыслей, но ничего не могла поделать с чувствами. Любовь к Кириллу словно с ума ее свела. И, наверное, если бы он не поцеловал ее, не показал, что такое умирать от восторга и воскресать, она бы не решилась на все это. К тому же Кирилл вновь стал общаться с Алиной – по крайней мере, так думала Дина.
…Все началось тогда, когда она случайно подслушала разговор отца и одного из его приятелей.
Дина сидела в домашней библиотеке, которую отец важно называл своим кабинетом, при этом не прочитав ни единой книги из всего огромного собрания сочинений. Использовал книги лишь как антураж, когда нужно было встретиться с очередными деловыми партнерами или произвести впечатление на журналистов.
Зато читала Дина. Она пробиралась в библиотеку, пряталась в укромном уголке между стеллажами и погружалась в мир красивых, смешных или печальных историй.
