Этот способ попадания придумал сам Разлогов, который то и дело забывал ключи.
Волошин еще раз глянул по сторонам – никого – и решительно полез в заросли бузины и рябины, которыми был обсажен разлоговский участок.
Полоумный архитектор Данилов насоветовал. Сказал, что рябина с бузиной вполне средневековые деревья. Средневековые деревья осыпали Волошину на куртку и за шиворот листья и тяжелые осенние капли.
Волошин, отряхиваясь, как мокрый пес, добрался до выступа в стене, сделанного в виде башенки, и зашарил по влажным, как будто замшелым, кирпичам.
Пальцы нащупали резиновый козырек, а под ним толстую упругую кнопку.
Волошин вдавил кнопку, которая важно и громко щелкнула, и стал выбираться из средневековых – вполне! – зарослей. Выбравшись, он зачем-то потопал по гравию ногами, словно вылез из сугроба, и толкнул калитку, подавшуюся удивительно легко.
Ну вот. Все очень просто.
Между деревьями виднелся дом, и – вот что хотите делайте! – вид у него был нежилой и мрачный, как будто дом знал, что хозяин больше никогда сюда не вернется.
Волошин аккуратно прихлопнул за собой калитку и пошел по веселой дорожке, вымощенной, как в сказке, желтым кирпичом. На дорожке стояли лужи.
Раньше никаких луж не было. Садовник Юра «разгонял» их длинной шваброй, и лужи весело сливались в водостоки, и листья подметали, и плитку чистили, чтобы не было «запустенья», которого Разлогов терпеть не мог.
Дом вдруг выступил из деревьев, будто шагнул навстречу Волошину – двери закрыты, в окнах темно, балюстрада парадного входа засыпана листьями.
Может, и впрямь никого нет!.. Впрочем, Волошин точно знал, что есть.
Он поднялся по широким ступеням, позвонил – дом даже не дрогнул, ничто не отозвалось за стенами из серого камня. Архитектор Данилов построил крепость в прямом смысле этого слова!
Ну что ж, попробуем с другой стороны."
"Волошин пошел в обход – собственно, в разлоговский дом почти никто и никогда не заходил с парадного входа, и этот путь к двери, открывающейся в сад, был привычен и хорошо знаком.
Вон гамак между соснами. Вон проглядывает беседка, а рядом с ней площадка с островерхой печью. Здесь летом жарили мясо, пили вино и жгли костер – любимое разлоговское место. Вон на идеально ухоженном газоне навалены камни, а между камней натыканы какие-то невразумительные цветы. Разлогов утверждал, что эти цветы – вереск, а камни – альпийская горка.
Волошин вдруг улыбнулся и наступил в лужу.
Конечно, Разлогов был мужик тяжелый и неприятный, что говорить!..
