Все перестало иметь значение, даже то, что в последнее время он был не человеком, а шпицем-мизантропом Доном Карлосом! Вдруг он перестал быть шпицем и сделался мужчиной, совершенно нормальным и полноценным, не боящимся ежесекундно умереть от сердечного приступа.
Он больше вообще ничего не боялся.
Он прижимал ее к себе, целовал, отпускал, чтобы перевести дух, и снова прижимал, и она целовала его, и их шатало из стороны в сторону, и в конце концов что-то откуда-то свалилось им на головы, и оказалось, что свалилась Варина куртка.
Варя отпихнула ее.
Потом тоненько засвистело, и Волошин подумал, что у него звенит в ушах, но свист все не прекращался, только усиливался, словно где-то недалеко дули в свисток. Они оторвались друг от друга и посмотрела по сторонам – он налево, она направо. Никаких свистков. Только дубовые полки с книгами. Ему жалко было терять время на какой-то дурацкий свист, и он взял ее за голову и притянул к себе, но Варя сказала:
– Подожди.
– Да наплевать.
– Нет, это где-то у нас.
– Где… у нас?
– В твоей квартире.
Они опять прислушались и опять посмотрели – она налево, он направо.
– Чайник, Марк! – вдруг вскрикнула Варя. – Мы забыли чайник! Он же у тебя со свистком!
– У меня электрический чайник, а они не бывают со свистком!
– Разве? Не бывают?
И они бросились на кухню, и выключили чайник, стоявший на плите, вовсе не электрический! Пар из него валил так, что окна запотели.
– Где ты его взяла? Я сто лет его не видел!
– Вот тут. На полочке. А что такое?.
.
Тут им стало очень весело, и они обнялись и хохотали – это же очень смешно, что они забыли про чайник!.. А потом опять начали целоваться, и Волошину это тоже почему-то было очень весело.
Вот никогда в жизни он так весело не целовался, как нынче вечером на собственной кухне с собственной секретаршей!..
И вообще он редко целовался. Даша ничего этого не любила. А может, любила, но как-то так, что он этого не понял. А может, просто его не любила.
Она говорила всегда, что он слишком «правильный» и потому скучный человек, только она говорила не скучный, а «пыльный».
Ты такой же пыльный человек, как твой дедушка с его книжными шкафами!..
Она никогда не видела его деда, но почему-то обожала сравнивать его с Волошиным, как будто Волошин тоже был дед. Или он на самом деле сразу, с самой молодости стал стариком, и она всегда видела в нем только шпица Дона Карлоса?..
Но Варя ничего не знала про шпица и про то, что Волошин «пыльный»!..
