Ему пришлось «сдаться» первым — выпрямиться в полный рост, подняв одну руку с зажатым в ней люгером, чтобы его маленькие противники увидели его форму, поверили ему и показались. Он понимал, что рискует сейчас, но другого выбора не было совсем.
Маленькое воинство, вышедшее из засады, привело Рихарда в ужас и распалило его гнев пуще прежнего. Шестеро мальчиков, самому старшему из которых было четырнадцать, а младшему одиннадцать (причем, он недавно плакал, судя по следам на грязной мордашке), и две девочки лет пятнадцати.
Дети, оставленные удерживать этот мост недавно встреченными на выезде из городка эсэсовцами. Вот они, «другие защитники земель рейха»!
— Разойтись по домам, — приказал Рихард резко, когда выслушал это объяснение. — Спрячьте оружие, но только подальше от своих домов, и разойдитесь по домам.
— Мы получили приказ защищать свою страну, — возразил ему самый старший мальчик, на форме которого было больше всего нашивок и значков. Отличник службы, привыкший быть самим первым во всем. Слепо верящий в своего кумира, пославшего его на верную смерть.
— Фюрер хочет…"
"— По… послушай меня, — сжал его плечо, наверное, сильнее, чем следовало Рихард, отчего мальчик поморщился невольно. Он снова терял способность излагать свои мысли гладко и ровно и злился на себя за это. — Я по… понимаю, сейчас называют пре… преступлением говорить та…кое, но… все кончено. Русские стоят под Пот… Потсдамом, и чтобы мы ни де… лали, они возьмут Бе… Берлин еще до конца ме… месяца в самом лучшем случае.
Американцы уже под Лейп… цигом. Весь запад страны пал. Армии там… там больше нет. Фельдмаршал Мо… Модель распустил ее…
— Фюрер расстреляет его за это предательство, когда узнает! — упрямо заявил это маленький вожак.
— Фюрер не сможет уже этого сделать. Но у вас действительно есть долг перед Германией. И этот долг огромнее намного, чем тот, что вы хотите отдать сейчас, — его удивлению, слова вдруг стали литься рекой, как раньше. Видимо, настолько было велико его желание убедить этих детей разойтись по домам и не делать никаких самоубийственных глупостей.
— И какой же это долг? — недоверчиво спросил его собеседник.
Но Рихард не стал сразу отвечать на этот вопрос. Его интересовало, есть ли у этого мальчика родные в Эльстере. Оказалось, что мальчика звали Клаус Шнитке, он, как и остальные, родом из городка и окрестностей, что его отец был призван буквально год назад и погиб в России в 1944 году, а дома осталась мама и маленький шестилетний брат.
