Багет перебрался мне на колени и в мольбе сложил перед собой маленькие лапки, тут же округлив черные глазки. Потоптался на ткани желтого с золотой вышивкой платья и забавно прижал ушки к голове.
– Даже не знаю, – будто в раздумье протянула я.
Белка сделала маленький шажок и, обернув задние лапки пушистым хвостом, посмотрела настолько жалобно, что сердце заныло от желания сказать «да».
– Сперва хотелось бы узнать, где ключ, Вилай, – лукаво напомнила я и прищурилась: – Так ведь ты назвался утром?
Лапки Багета безвольно повисли вдоль тельца.
Он опустил голову и спрыгнул на пол, чтобы вскоре залезть под кровать.
– Ты там обиженного из себя строишь? – Я было наклонилась, но сразу выпрямилась и попыталась поправить давящий корсет. – Ладно. Возьму с собой, если поможешь ослабить завязки.
Белка в тот же миг вынырнула на свет и навострила ушки. Я кивнула, подтверждая слова, и она в мгновение ока оказалась у меня за спиной. Раздалось шуршание ткани и треск лопающихся шнурков.
– Но я не знаю, как тебя пронести контрабандой… ох! – вздохнула, почувствовав немного свободы.
"
"– Под этим мешком, – басом отозвался Багет, довольно ловко справившись с завязками, и указал коготком на пышную юбку. – Закинь заднюю лапу на стул.
Стало даже интересно, что он придумал.
Глава 19. Светлана
Потянув на себя подол, я оголила ногу до колена и осмотрела туфлю на низком каблуке. Она была из той же переливающейся золотыми узорами ткани, что и платье. Я оглянулась на зеркало, чтобы убедиться в этом, и, не узнав в отражении себя, пораженно выгнула брови.
Передо мной сидела совсем другая девушка. Изящная, стройная, с открытой тонкой шеей и белой кожей, на фоне которой очень выделялись большие карие глаза. Даже старомодная высокая прическа с множеством украшающих ее цветочков не портила роскошного и богатого образа.
Животное же принялось обматывать мою ногу от лодыжки до колена множеством разноцветных ленточек, одну за другой вытаскивая их из шкатулки. Затягивало, завязывало их десятками узлов.
И через несколько минут у меня над туфелькой образовалось полосатое «голенище».
Я хотела спросить, зачем это уродство, как в дверь постучали. Пришлось быстро опустить ногу и одернуть подол платья.
– Сиена, позвольте сопроводить вас в бальную залу, – низко поклонился заглянувший в мои покои тоненький, как тростинка юноша.
– Да, конечно, – отозвалась я и поднялась с пуфика.
Тут же ощутила легкую щекотку на правой ноге.
