На перекрестке больших дорог

 – Отойдите отсюда! С этой женщиной не должно ничего случиться, если только она не вздумает убежать. – Он уже вытаскивал свою шпагу.

Цыгане отступили, круг расширился.

– Я не знаю, где Феро, – сказала Катрин. – Вчера я его видела во дворе замка переодетым в крестьянина. Стража выбросила его за ворота.

– Он пошел в замок вчера вечером. Он знал, что в замке празднество, и, воспользовавшись этим, хотел подняться в башню. С собой он брал медведя. Медведь вернулся ночью раненный и один.

– Клянусь тебе, Терейна, я не знала, что Феро опять приходил в замок.

Какая безумная идея!

Терейна опустила голову. Огромная слеза скатилась на ее красное платье.

– Он тебя так любит! Он хотел любой ценой забрать тебя. А теперь… Я хочу знать, что с ним случилось.

Заплаканные глаза юной цыганки тронули сердце грозного сержанта, он негромко спросил:

– Человек с медведем? Его застали, когда он лез по стене донжона в окно. Он защищался как черт, и его приняли за сумасшедшего. Произошла стычка, и медведь убежал.

– А Феро? Мой брат?

– Его бросили за решетку в ожидании приговора.

– Почему же приговора? – воскликнула Катрин. – Его взяли, когда он лез на башню. Но неужели это такое большое преступление, чтобы судить человека и выносить приговор? Разве нельзя было просто выбросить его за ворота?

Лицо сержанта нахмурилось, глаза стали жесткими.

– Он был вооружен и убил одного из наших стражников. За это и будут судить. А теперь, дочь моя, делай поскорее, что тебе нужно, и возвращаемся. Я не хотел бы задерживаться здесь.

Катрин ничего не ответила, отвела в сторону Терейну, разразившуюся рыданиями. Девушка, как и Катрин, понимала, что ожидает Феро. Если цыган убил, его повесят… или хуже.

Сама не желая того, Катрин тоже заплакала, подталкивая маленькую цыганку к повозке: то, о чем она хотела говорить, не должны были слышать другие. Солдаты пошли за ними и встали по обе стороны повозки. Терейна по-прежнему громко всхлипывала, а Катрин искала слова, способные ее утешить. Неминуемая гибель Феро и ей причиняла боль.

Этот человек полюбил ее до безумия только за одну ночь, отданную ему против воли, и ради нее рисковал всем. Теперь он должен умереть за эту безрассудную любовь… Молчать больше было нельзя. Если она принесет желанный напиток, то, может быть, госпожа Ла Тремуй не откажет ей в просьбе помиловать цыгана. Однако действовать надо быстро.

Катрин взяла Терейну за плечи и слегка встряхнула.

– Послушай меня. Перестань плакать. Я вернусь в замок и попробую его спасти.