– Пойдем, – приказывает он и, потянув за галстук, ведет меня к столу.
Проходя мимо дивана, я впервые замечаю, что все палки исчезли. Это отвлекает меня. А вчера, когда я заходила сюда, были они на месте или нет? Я не помню. Кто их убрал, Кристиан? Миссис Джонс? Кристиан прерывает мои размышления.
– Я хочу, чтобы ты встала на колени вот тут, – говорит он, когда мы останавливаемся у стола.
Ну ладно. Что он задумал? Моей внутренней богине не терпится это выяснить: она уже лежит на столе, раздвинув ноги, и с обожанием глядит на него.
Он осторожно сажает меня на стол. Я стою перед ним на коленях и удивляюсь собственной грации. Теперь мы смотрим в глаза друг другу. Он гладит ладонью мои бедра, хватает за колени, раздвигает мои ноги и встает прямо передо мной. Вид у него ужасно серьезный, глаза потемнели, заволоклись… похотью.
– Руки за спину. Я надену на тебя наручники.
Из заднего кармана он извлекает наручники. Вот так. Куда он на этот раз утащит меня?
Его близость завораживает меня.
Этот мужчина станет моим мужем. Можно ли вообще так сильно хотеть своего мужа? Не помню, чтобы я о таком слышала. Я не могу устоять против него, я провожу раскрытыми губами и языком по его щеке, щетина покалывает мою нежную кожу… Ах, это головокружительное сочетание нежного и колючего! Он застывает и прерывисто дышит, закрыв глаза. Потом резко отстраняется.
– Стоп. Или мы закончим со всем быстрее, чем нам хочется, – предостерегает он.
В какой-то момент мне кажется, что он рассердился, но тут он улыбается, а в его горящих глазах я вижу удивление.
– Ты неотразим, – заявляю я, надув губы.
– Даже сейчас? – сухо спрашивает он.
Я киваю.
– Не отвлекай меня, или я заткну тебе рот кляпом.
– Мне нравится тебя отвлекать, – упрямо шепчу я.
Он глядит на меня, подняв брови.
– Сейчас я тебя отшлепаю.
А! Я пытаюсь спрятать улыбку. Еще совсем недавно меня бы напугала такая угроза. Я бы никогда не осмелилась поцеловать его без разрешения, тем более в этой комнате.
Теперь я понимаю, что больше его не боюсь. Это откровение для меня, приятное откровение. Я отвечаю ему озорной улыбкой, и он тоже усмехается мне."
"– Не балуйся, – рычит он, отходит на шаг, глядя на меня, и бьет кожаными наручниками по ладони. В общем, пугает меня. Я пытаюсь овладеть собой; кажется, мне это удается. Он снова подходит ко мне. – Вот так-то лучше, – бурчит он и снова наклоняется ко мне.
