– Спасибо доктору Флинну, – бормочу я.
Он ставит на пол пустую фарфоровую плошку и бесстрастно смотрит на меня. Я вздыхаю. Мне не хочется воевать. Встаю и забираю посуду.
– Десерт хочешь?
– Конечно! Ты можешь мне что-то предложить? – интересуется он с обольстительной ухмылкой.
– Не меня. – Почему не меня?.. Моя внутренняя богиня пробуждается от дремоты и садится, чутко прислушиваясь. – У меня есть мороженое. Между прочим, ванильное, – смеюсь я.
– В самом деле? – Его усмешка становится шире. – Думаю, мы можем придумать что-нибудь интересное.
Что?.. Я озадаченно гляжу на него, а он грациозно встает с ковра.
– Я могу остаться?
– Что ты имеешь в виду?
– У тебя, на ночь?
– По-моему, это предполагалось с самого начала.
– Хорошо. Где мороженое?
– В духовке. – Я мило улыбаюсь.
Он наклоняет голову набок и с иронией замечает:
– Сарказм – низшая форма остроумия, мисс Стил.
В его глазах появляется сладострастный блеск.
О черт! Что он задумал?..
– Я ведь могу и отшлепать тебя.
Я ставлю миски в раковину.
– Ты захватил с собой серебряные шарики?
Он хлопает себя по карманам и разводит руками.
– Знаешь, как это ни смешно, но я не ношу с собой запасной комплект. В офисе он мне без надобности.
– Очень рада это слышать, мистер Грей. А еще, кажется, вы сказали, что сарказм – низшая форма остроумия.
– Анастейша, мой новый девиз таков: «Если ты не можешь одолеть кого-то, присоединись к нему».
Я раскрываю рот – ушам своим не верю, – а он выглядит довольным собой и ухмыляется. Потом открывает морозилку и достает пинту лучшего ванильного мороженого «Бен & Джерри».
– Это нам подойдет. – Он глядит на меня потемневшими глазами. – «Бен & Джерри & Ана». – Каждое слово он выговаривает медленно и отчетливо.
Ну и ну!.. Моя нижняя челюсть отвисает до самого пола. Кристиан выдвигает ящик стола и хватает ложку. Когда он поднимает на меня взгляд, в его глазах горит страсть, а язык касается краешка верхних зубов. Ах, этот язык!
У меня захватывает дух. Желание – темное и сладостное – пробегает горячей волной по моим жилам.
Сейчас будет весело.
– По-моему, тебе слишком жарко, – шепчет он. – Ты перегрелась. Я буду охлаждать тебя. Пойдем.
Кристиан протягивает мне руку, и я послушно следую за ним.
В спальне он ставит мороженое на ночной столик, снимает с кровати пуховое одеяло и обе подушки, кладет их горкой на пол.
– У тебя ведь найдется смена простыней, верно?
Я киваю, завороженно наблюдая за его действиями. Он берет в руки «Чарли Танго».
