"
"Может, это из-за медленного сердцебиения? Никаких эмоций? Снова прочитав рецепт любовного эликсира, Шина вспомнила, как бешено стучало ее собственное сердце.
Когда девушка вернулась, Клер сидела одна в гостиной. Шина не ожидала, что Роб уже будет дома, а Кэл наверняка сидел за работой, однако ее слегка удивило отсутствие Элейн.
– Одна сидишь? – спросила она, заходя в комнату.
– Как видишь, – ответила Клер. Она поднесла пламя зажигалки к наполовину выкуренной сигарете и посмотрела на огонь. – Я сегодня весь день одна.
Элейн ушла с одним из своих поклонников, а Кэл, как всегда, за работой. После обеда я объездила все окрестности. Ничего не меняется. Кроме разве что времен года. В больших городах все иначе, а здесь, в горах, все будто застыло во времени.
Она откинула волосы назад, и Шина уловила тонкий аромат дорогих духов.
– Кэл ведь никогда не меняется, – сказала Клер. – Для него сегодня такой же рабочий день, как и всегда. Ах да! – Она протянула руку и достала следующую сигарету. – Ведь будет и ночь, не так ли?
– Думаю, что да, – ответила Шина.
Они еще немного посидели, не говоря ни о чем конкретном. Потом она встала:
– Пойду переоденусь. Я обещала Робу, что буду готова к его возвращению.
– Куда идете?
– В кино. Потом ужинать, где именно, точно не знаю.
Клер тоже поднялась:
– Вот чем мне следует заняться, вместо того чтобы сидеть здесь и ныть. Сейчас я пойду и тоже почищу перышки. – Она рассмеялась, и внезапно Шина ощутила острый укол зависти – ей было чему радоваться. И было что чистить.
– Клер уже знает о следующей экспедиции? – спросила она Роба немного позже.
– Конечно, знает, – ответил Роб. – Только не пытайся говорить с ней об этом. Ты, может, не в курсе, но для Клер это всегда было больной темой для беседы.
– Несчастная Клер! – отозвалась Шина. Жалость к Клер ей уже порядком наскучила. Многим женщинам жилось гораздо хуже, чем ей. Сидеть и «чистить перышки» – не самое неприятное из занятий.
В воскресенье в полдень Шина уезжала в Лондон. Суббота у Роба выдалась свободной, и они вместе поздно позавтракали.
Они уже допивали кофе, когда в столовой появилась взволнованная, на удивление растрепанная и наспех одетая Элейн, которая тут же чуть не опрокинула на себя кувшин молока.
– Я так беспокоюсь! – воскликнула она. – Я о Клер. Где Кэл? – Голос ее упал, глаза бегали по сторонам, будто она надеялась найти сына.
– Мы не видели его, – ответил Роб. – А что стряслось с Клер?
– Она очень расстроена, – сообщила Элейн.
