В тот день Элейн спросила, неужели он не понимает, что совершает ошибку, обходясь так с Клер – такой милой, чувствительной, любящей девочкой?
Кэл расхохотался:
– Мама, ты права… – Взял кольцо и сунул себе в карман, словно пустую безделушку.
Клер пила кофе, и они с удовольствием болтали. Потом девушка сказала, что перед тем, как вернуться в Кефин-Ас-Хаус, собирается навестить Хьюзов. Она улыбнулась:
– Кэл на весь день загружен работой.
Как только Клер вышла за порог, Джина кинулась к телефону, чтобы позвонить Мэри Хьюз и сообщить о возвращении невесты Кэла.
Шина, Роб и Элейн обедали втроем. Кэл и Клер к тому моменту уже уехали. Клер сияла, словно новобрачная, и Элейн за обедом не переставала благодарить судьбу за то, что ее сын наконец поумнел.
О «ранениях» Шины она уже перестала сокрушаться – ее ум был занят другими вещами. После обеда она бросилась звонить своим друзьям и рассказывать им о том, что Клер Мэйси гостит у них дома (о чем все они и без того уже знали), и приглашала всех на вечеринку в среду.
Шина решила немного передохнуть, листая журналы и разговаривая с Робом.
– Как прошло твое интервью с Кэлом? – поинтересовался он.
– Я и не знала, что твой двоюродный дед участвовал в экспедиции шестьдесят лет назад, – сказала она.
– Так что же? – Роб пожал плечами. – Это не суперсенсация.
– Дом Айвори тоже не был сенсацией, но передачу о нем ты сделал. Ведь этот человек был сыном Железного Короля, я полагаю?
Роб подтвердил это предположение. У Железного Короля был сын, занимавшийся альпинизмом.
В отличие от Кэла, наукой он особо не интересовался. Похоже, этому человеку просто нравилось взбираться наверх. Он погиб в Гималаях, ему было тридцать с небольшим.
Они отправятся наверх, неожиданно промелькнуло в сознании Шины. Конечно же они отправятся наверх. Клер наверняка не страдает головокружением. Они без труда и усилий доберутся до домика, минуют расселину и окажутся у озера. Где-то в листве испуганно вскрикнет птица, а потом тишина и покой воцарятся в мире.
Дверь хижины будет заперта.
Даст ли он ключи ей или откроет сам и, сделав шаг назад, скажет ей: «Добро пожаловать домой»?
– В чем дело? – спросил Роб. – Голова болит?
– Нет, задумалась о статье, – быстро ответила Шина. – Я всегда хмурюсь, когда обдумываю детали.
Роб чуть наклонился и поцеловал ее в лоб.
– Значит, о них думать не стоит, – посоветовал он. – Не хочу, чтобы твое красивое личико покрылось морщинами раньше времени.
– Не знаю, не знаю, – улыбнулась Шина.
