- Все было по закону.
– Нет, - отрезал учитель. - С Лукианом я не собираюсь делиться ничем, даже содержимым помойного ведра.
Кажется, только в этот момент огненные вспомнили обо мне. А я больше всего хотела провалиться сквозь землю. Но еще больше меня удивило то, что Ару выразительно указал на внутреннюю дверь и приказал:
– Иди туда и не выходи, пока я не скажу. Ванная в твоем распоряжении.
Я покорно пересекла комнату и распахнула дверь. За ней оказалась небольшая, но чистая и уютная спальня. Я вошла в нее и заперлась, стараясь не прислушиваться к разговору огненных.
А в следующий миг дверь оплело заклинание. С этого момента я слышала только звук, напоминающий треск костра. Похоже, огненное заклинание от подслушивания. Водное позволяло слышать только журчание ручья."
"За еще одной дверью оказалась небольшая ванная. Я привела себя в порядок и подошла к окну. Пока огненные выясняли отношения, я с тоской смотрела на улицу. Ужасно хотелось есть и оказаться в общежитии. Только мысль о Кае омрачала тоску по новому дому.
Он меня обманывал… Точнее, талантливо недоговаривал. Если бы я знала, кто он, мне не пришло бы в голову с ним даже заговорить. Но он раз за разом помогал мне. Расстроил планы отца? У них плохие отношения? А, может быть, это только прикрытие? От мысли, что все произошедшее могло быть сделано для того, чтобы третьекурсник мог втереться ко мне в доверие, стало плохо.
Из мрачных раздумий меня вырвало появление учителя. Ару неспешно подошел и осторожно отвел волосы с моей шеи.
– Синяки останутся, - поморщился он. - Надеюсь, у тебя есть одежда с высоким воротником.
– В общежитии есть, - пробормотала я, и сердце снова сжалось.
Придется объясняться с Каем, хочу я того, или нет.
Кровник убрал руку от розовых прядей и добавил:
– Выходи в гостиную, отец ушел. Пойду организую тебе завтрак и алиби на прошлую ночь. Завтрак в столовой Академии ты проспала.
– Руперт может подтвердить, что вы ночевали у него… - пробормотала я, чувствуя, что заливаюсь краской.
– Руперт ничего не может подтвердить, потому что эту ночь провел у Глории, - возразил Ару.
Он внимательно посмотрел на мои пылающие щеки, а затем сухо бросил:
– О чем ты думаешь, Суру? Ты? И я? Ты и правда считаешь, что подобные мысли могут прийти в голову хоть кому-то в этом городе?
Я опустила взгляд и тихо спросила:
– Почему нет?
Он поперхнулся от возмущения:
– Ты - моя ученица, ты - водница, и ты - Суру.
