И выбросить, потому что неизвестно, какой магии он накрутил на свой подарок.
Я тяжело вздохнула и медленно подняла руку.
Легкое движение за спиной. Я не оглядывалась, но совершенно точно знала, что Рой Ару стоит сейчас за моей спиной. И точно так же, как и все, ждет моего решения. Голос учителя напоминал шелест. Его могла слышать только я.
– Откажись, - попросил он.
И я решительно захлопнула крышку шкатулки. Присутствующие изумленно ахнули. Лукиан растянул губы в усмешке и медленно проговорил:
– Что ж, раз уж вы не желаете примириться, я готов сойтись с вами в магическом поединке, дабы вы могли смыть обиду кровью…
Он полюбовался замешательством на моем лице и продолжил:
– Таковы законы Центральных Земель.
Что там у вас, леди, половина круга?
Он потянулся к медальону на моей шее, и я инстинктивно отпрянула. А мой учитель шагнул вперед и с деланным равнодушием произнес:
– До конца года я отвечаю за леди Суру по закону. Какая жалость. Придется заменить ее на магическом поединке.
Но расстроен он не был.
Никто из них не был расстроен. Огненные смотрели друг на друга, и в глазах обоих плескалось предвкушение реванша. Похоже, они успели попортить друг другу немало крови, и теперь нашли официальный повод подраться. И этот повод - я. Кажется, при следующей встрече, Юлиус Ару меня все-таки убьет. Чтобы не сбивала сыночка с пути истинного. Но что я могла сделать?
Я стояла ни жива, ни мертва, пока они договаривались о времени и месте поединка. В память врезалось только одно - через три дня.
Через три дня моему кровному врагу предстояло сойтись с мастером огненных иллюзий. Но зачем? Ради чего он идет на такой риск? Меня использовали, чтобы свести старые счеты?
Наконец, Лукиан ушел, и звонок разогнал студентов по классам. Рядом со мной остались только Ару, ректор и… Кай. Кровник смерил парня презрительным взглядом. Но неожиданно миролюбиво приказал:
– Дай ей свои конспекты по законодательству. Пока она еще чего-нибудь не наворотила.
Кай молча кивнул. Ректор повелительно махнул ему рукой:
– Отправляйся на урок.
Я видела, что больше всего тот хотел остаться рядом со мной. Но не выполнить приказ ректора он не мог. Когда Кай исчез за поворотом коридора, ректор повернулся к Ару и спросил:
– Ты что творишь? Юлиус будет в бешенстве. А ему донесут еще до вечера, не сомневайся.
– Переживет, - равнодушно ответил Ару.
– Это очень глупо, Рой, - покачал головой ректор. - И невыгодно для твоего рода.
– Выгодно. И позже отец поймет это.
