Ну, назовет еще раз безголовой, и что? Кроме того, возможно, в этой книге тоже нет тех страниц.
Любопытство оказалось сильнее осторожности. Я воровато огляделась и взяла в руки книгу. Поспешно долистала до нужного места, и сердце подпрыгнуло в груди. “Врата вне категорий” - гласил заголовок. Дальше шел текст. Страницы были на месте, и я погрузилась в чтение. Я так увлеклась, что ничего вокруг не слышала. Только когда глава была прочитана, я оторвала взгляд от книги и поняла, что Ару стоит рядом, и в его глазах полыхает ярость.
Я поспешно захлопнула книгу и смущенно выдавила:
– Решила освежить в памяти врата четвертого уровня.
– Ты читала не об этом, – возразил Ару, его голос задрожал от едва сдерживаемого гнева. - Я все видел, не нужно врать. И я не разрешал тебе ничего здесь трогать, за исключением аптечки. Зачем ты взяла эту книгу?
Других оправданий у меня не было, и я выпалила:
– В той книге, которую вы мне дали, нет этих страниц. Вы специально это сделали, чтобы я не могла прочесть эту главу! А в библиотеке этих сведений нет, я искала! Хороший ход, чтобы завалить меня хоть на чем-то.
Но теперь я прочла эту главу, и вам это не удастся. Я ни о чем не жалею! Извиняться не буду, не дождетесь!
Ярость в глазах кровника сменилась недоумением:
– Ты считаешь, что я вырвал листы специально, чтобы ты не смогла сдать мне зачет? Ну ты…
Я ждала, что мои умственные способности снова наградят парой нелестных эпитетов, но взгляд учителя стал отсутствующим. Затем он медленно развернулся, на негнущихся ногах дошел до дивана и рухнул на него, как подкошенный.
Я с ужасом наблюдала, как на его груди начинает расплываться алое пятно, а из воротника рубашки вырываются струйки багрового дыма. Лицо кровника исказилось от боли. Я шагнула к нему, но Ару вскинул голову и прохрипел:
– Уйди. Не подходи ко мне. Не надо.
Было в его голосе что-то такое, что заставило меня остановиться и растерянно произнести:
– Я могла бы помочь, принести мазь…"
"– Не могла бы, - процедил Ару отворачиваясь. - То, что мне поможет, закончилось.
Нужно ждать Руперта, он должен зайти к аптекарю. Если вспомнит.
Да уж, после ночи возлияний его другу может быть не до того. Кровник уткнулся лбом в спинку дивана, и я подумала, что ему очень больно. Но он тщательно это скрывает. Сердце тревожно сжалось.
– Да что же это за рана? - в отчаянии воскликнула я. - Когда она заживет уже?
– Никогда, - глухо ответил Ару, и я поняла, что он не шутит.
Какое-то время стояла, не зная, что делать.
