На пути долга

Но ее руки были в жесткой хватке ее пленителей, не давая ей возможности сделать хотя бы малость, чтобы спасти себя. Все, о чем думала девушка — вырваться и сбежать. Но едва она шевелила руками, как хватка усиливалась все больше, оставляя на нежной коже следы и царапины.

— Не рыпайся, милашка, — со смехом говорил то один, то второй.

— Отпустите меня, — снова тихо прошептала Анна, умоляюще бросив взгляд на одного из мужчин.

— Ночь только начинается, а ты хочешь уйти? — наигранно грустно тянул второй, сильнее сжимая ее талию.

 — Так не пойдет, милашка.

И мужчины направились к одной из таверн, из которой лилась громкая музыка и пахло жареной едой. Не менее ужасная внутри, чем снаружи — грязные столы и посуда, земляной пол, куда сбрасывали остатки еды и выливали напитки со дна кружек. По залу сновали служанки, разнося мерзкого вида еду, отбиваясь от желающих пощупать их телеса, а кому-то улыбаясь призывно и доброжелательно.

На вновь вошедших обернулся каждый, и Анне на миг показалось, что все смолкло и замерло на целое мгновение.

Но тут же послышались приветствия к ее спутникам, на них смотрели — кто подобострастно, кто с уважением, кто со страхом, из чего можно было сделать вывод, что эти двое тут в почете. На Анну же смотрели с одобрением, насмешкой, издевкой, откровенной завистью — девушки, которым, вероятно, 'повезло' сегодня меньше, чем ей.

К все возрастающему ужасу Анны, она оказалась на коленях у одного из тех, кто приволок ее сюда. В руки была всунута грязная медная кружка с какой-то выпивкой, по запаху схожей с забродившим вином, а на бедре по-хозяйски лежала большая грубая ладонь незнакомца, что тесно прижимал ее к своему боку, начиная разговор с теми, с кем присел за стол.

Принцесса сильно-сильно зажмурила глаза, желая в этот миг всеми силами поверить в то, что все это сон. Но открыв глаза, она не оказалась в своей постели, а все так же сидела на коленях незнакомого ужасающего мужчины, который мерзко смеялся над мерзкой шуткой своего собеседника, сильно сжимая ее талию своей рукой, а второй поднося собственный стакан к губам и делая глоток вонючей жижи.

Анна осторожно поставила свою кружку на стол, желая освободить руки, но едва размяла ладони, как второй неожиданно и резко сжал ее пальцы, опуская ладонь вниз.

— Даже не думай, магичка, — весело усмехнулся он. — Знаем мы такие фокусы.

И больше руки Анны не были свободны. На нее едва обращали внимание, разговаривая между собой, не говоря ей ни слова.