Преисполненная какой-то странной решимости, она медленно шла вперед, каждый ее шаг был четко рассчитан и нацелен, как будто она балансировала на тонком канате, протянутом по центру коридора.
Один, два...
Ничего необычного. Она часто считала шаги. А на лестнице – всегда. Она очень удивилась, когда по приезде в школу обнаружила, что другие люди этого не делают.
... три, четыре...
В лунном свете ковровая дорожка выглядела одноцветной, но Люси знала, что большие ромбы – красные, а маленькие – золотые. Интересно, спросила она себя, а можно ли ступать только по золотым?
.
.. пять, шесть...
Или по красным. По красным легче. Сегодня не та ночь, когда можно устраивать себе испытания.
... семь, восемь, девять...
– Ой!
Она обо что-то споткнулась. Вернее, об кого-то. Она смотрела вниз и ступала по красным ромбам, поэтому не заметила... Но почему же этот человек ее не заметил?
Чьи-то сильные руки подхватили ее и поставили на ноги. А потом...
– Леди Люсинда?
Она окаменела.
– Мистер Бриджертон?
В темноте его голос звучал глухо и ровно.
– Вот уж это точно совпадение.
Люси осторожно высвободила руку – он придерживал ее, чтобы она не упала, – и отступила. Он казался огромным в узком коридоре.
– Что вы здесь делаете? – спросила она. Он подозрительно весело усмехнулся:
– А что вы здесь делаете?
– Иду спать. Мне показалось, что это наилучший путь, – пояснила Люси и с иронией добавила: – Если учесть, что я нахожусь в состоянии несопровождения.
Мистер Бриджертон вскинул голову. Вздернул бровь.
Моргнул. И выдал:
– Это новое слово?
Почему-то его вопрос заставил ее улыбнуться. Не губами, а внутри, там, где зарождаются улыбки.
– Нет, – ответила она, – но меня все равно нельзя тревожить.
Мистер Бриджертон слабо улыбнулся и мотнул головой в сторону комнаты, из которой он, по всей видимости, только что вышел.
– Я сидел в кабинете своего брата. Размышлял.
– Размышляли?
– Сегодняшний вечер дал много того, над чем стоит поразмышлять, вы не согласны?
– Согласна. – Люси огляделась по сторонам.
Проверяя, есть ли кто поблизости, хотя наверняка знала, что никого нет. – Признаться, мне не следует находиться с вами наедине. В общем... я уверена, что вы понимаете.
– Понимаю.
Люси изо всех сил притворялась, будто не заглядывает ему в лицо и не пытается определить, расстроен ли он.
Мистер Бриджертон моргнул, потом пожат плечами, а выражение его лица стало...
Беззаботным?
Люси прикусила губу. Нет, не может быть. Наверное, она неправильно определила.
