– А на лифте не опасно сейчас передвигаться? Ведь здание трясло. И вообще, что это было? И как вы здесь оказались настолько вовремя для нас?
Дашка тараторила, «выстреливая» вопросы один за другим. Или это мне казалось? Перед глазами все расплывалось, любые звуки доносились в каком-то искажении, зубы клацали от дрожи, колотящей тело. Неужели начинается?
– Нет, не опасно! – уверенно заявил эятер. – Трясло потому, что нас транспортировали прямо на крышу здания. Пока настраивали быстрый перенос с корабля, намудрили чего-то.
Обычно мы переносимся на пустырь или на свободное пространство, а не туда, где здания настроены так тесно. Но тут получился экстренный вызов. Особым распоряжением вашего правительства после подписания договора о взаимопомощи между нашими расами во все системы безопасности были заложены данные о параметрах и опасности, исходящей от хаятов. Причем повсеместно. Это распоряжение распространяется на все визуализирующие и идентифицирующие параметры во всех системах охраны зданий компаний, которые контактируют с инопланетными расами.
Но хаяты все же как-то умудряются просочиться на планету. Пока это только разведка с их стороны и единичные случаи нападений, но если не пресечь эти попытки, они к вам хлынут массово! И тогда для вас это будет означать войну на выживание, разменным ресурсом в которой станет ваша раса! Мы уже прошли через это, а теперь пытаемся помочь Другим в борьбе с заразой.
Полученная информация настолько сильно озадачила нас, что даже в том физическом состоянии, в котором мы пребывали, стало еще страшнее превратиться в этих монстров. От стресса, ужаса и резкого рывка лифта нас с Дашей одновременно замутило. В итоге, как только двери раскрылись, мы с подругой, уже не думая ни о каких приличиях, рванули за ближайший угол – расставаться с ранее съеденным тортом. Состояние было крайне скверным – нам даже стало безразлично, что о нас подумает эятер; выглядели мы как две потные, дурно пахнущие облезлые кошки.
Нас то колотило от озноба, то обжигало пробегающим по венам огнем. Я чувствовала, как по спине стекают ручейки пота, а раненую руку просто разрывало от боли.
– Ди! Ди! – простонала Даша. – Мне так больно, что я уже идти не могу. На ногу не ступить!
Даша впервые на моих глазах тихо плакала от боли, размазывая дрожащей рукой по щекам слезы вместе с косметикой.
