Ну, покорячились, чтобы не переломать ноги, передавая друг другу рюкзак с надгробной плитой и припасами.
Никакой особой церемонии Кроха устраивать не стала. После того, как я обложил плиту, явно отличающуюся по цвету и форме от камней, складывающих стену, она просто склонила голову и сказала вслух.
— Спасибо вам за всё, что сделали для меня. Я буду вас помнить. За тебя, Ниночка, мы отомстили. А тебе, Лёва, я давно всё простила. Простите и вы меня за доставленные вам вольные или невольные обиды. Простите и прощайте.
Посидели на «лавках» в гроте Храма, перекусили, запили водой из фляжек.
— А теперь идём в моё убежище.
— Зачем? — удивился я.
— Узнаешь, — коротко мотнула головой женщина."
"Провела она меня более короткой дорогой, не той, которой добирались мы с Ингой. И в итоге нам не пришлось карабкаться к средней ступени водопада.
Убежище, как и сам Храм, тоже пострадало от землетрясения незначительно. Всего-то пара рухнувших камней да деревьев на подходе к нему. И… пропавшая струйка воды, видимо, нашедшая новый путь по какой-то образовавшейся трещинке.
Увидев оставленные нами припасы, Люда улыбнулась.
— Как хорошо, что они мне так и не пригодились. Саша, собери их в рюкзак, пока я делом занимаюсь. Неучтённые патроны нам ещё могут пригодиться.
Вот как?
Копалась она в дальнем углу пещерки, вынимая камни, недолго. А когда закончила, стряхнула с завёрнутого в плетёную из травы циновки плоского предмета пыль и положила «пакет» на пустой каменный стол.
— Как говорили по телевизору, когда я была юной и донельзя глупой, «приз в студию!».
А потом начинали торговаться. Вот и я поторгуюсь. От чего ты готов отказаться ради того, чтобы я открыла этот «чёрный ящик»?
— А во что ты ценишь то, что в нём находится?
— Оно уже стоило жизни восьмерым. И не исключаю, что будет стоит жизней нам с тобой. Не просто не исключаю, а подозреваю, что так и случится в скором времени: думаешь, просто так Листьев напрашивался с нами сюда? Впрочем, и его деньки сочтены вместе с нашими. Как и этой идиотки Гринберг.
Правда, она почему-то уверена в том, что её бешеная п*зда поможет ей выкрутиться и на этот раз, но, согласись, такого «добра» на свете полно. Одной больше, одной меньше…
— Ты в чём-то подозреваешь Артёма?
— Пересечин, если бы я просто подозревала, я бы сомневалась. В отличие от тебя, я собирала информацию и о нём, и о некоторых других. Незаметно, не фиксируя её ни на каких носителях, кроме вот этого, — ткнула она пальцем в собственный висок.
