Можно было бы и на крышу, но Людмиле по лестнице не спуститься.
По стеночке добралась до своей комнатки и замерла не её пороге:
— Ты с ней спишь?
— Сплю, — кивнул я.
— Значит, теперь будешь спать со мной.
Однако!
Нет, я могу понять, что дама оголодала, проведя несколько месяцев без секса. Но настолько резко, даже не пытаясь хоть что-то обо мне узнать.
— Да не смотри на меня так! Никакая я не бл*дь. Просто у меня начался отходняк после этих месяцев одиночества на чужой планете. Мне нужно, чтобы рядом со мной кто-нибудь постоянно находился.
Но не она.
— Да что за кошка между вами пробежала?
— А тебе так нужно вникать в наши бабские разборки? Не захочешь со мной трахаться, я настаивать не буду. Да и, как мне кажется, в ближайшие несколько дней мне не до секса будет. Чисто психологически. Я просто прошу тебя: не оставляй меня ночью одну. Да и днём тоже, если можно.
Это у дедушки Ленина глаза были добрые-предобрые. У Людмилы — глаза больной собаки.
— Хорошо, — прижал я её голову к своей груди.
— Не оставлю.
Ну, да. Перешли мы с ней на «ты». Вернее, я потребовал, чтобы упростить ситуацию.
— Давай-ка, ты отмоешься, а потом сходим с тобой в медблок, попробуем разобраться, что с твоей ногой. А пока ты моешься, принесём тебе чистые вещи.
В глазах девушки, как мне показалось, мелькнул страх.
— Пусть она принесёт. А ты от меня не отходи. Чтобы я могла тебя видеть.
— В туалет тоже вместе ходить будем? — фыркнул я.
— Нет, пока ты «заседаешь», я потерпеть смогу. И сама уединиться для этого смогу.
Но всё остальное время я буду с тобой.
Говорят, что сумасшедшие считают себя абсолютно нормальными людьми и не понимают собственных психических отклонений. Кроха понимает. Психоз заработала, конечно, но осознаёт причину своих страхов. Значит, всё же не свихнулась.
Таки пришлось провожать её в душ. И не только провожать и ждать, пока она не отмоется. Нога у девушки всё ещё болела, так что и довелось помочь ей намылить голову и потереть спину. Не так, как намекают при совместном походе в баню, а действительно потереть.
Что о ней можно сказать? Худая. Не истощённая жертва Бухенвальда, но лишнего жира я не заметил. Даже доставляющая столько страданий юным (и не только юным) идиоткам, гоняющимся за снижением веса, узенькая жировая подушечка в самом низу живота отсутствует. Ещё не успели окончательно исчезнуть растяжки после рождения ребёнка. Кормила его недолго, поэтому грудь не обвисшая. Небольшая, аккуратная грудь.
