Лезть вглубь континента ОЧЕНЬ не хотелось, потому что нам понадобится море. Селиться в устье реки с расположенным выше по течению «пиратским гнездом» — гарантированно получить ежедневный риск нападений на посёлок. Да и с энергоресурсами там просто никак. Ещё севернее степи куда более засушливые и бедные лесами. Да и водой тоже. Так что, как ни крути, в пределах досягаемости наших «летающих глаз», по нашему с Дубом мнению, оставалось лишь одно место.
* * *Жители горной долины помнили «Робинсон» по «прошлому году» (как-то само собой у обитателей Базы сложилось мнение о том, что новый год начинается не с календарной даты зимнего солнцестояния, а с окончания «мокрого» сезона), и при его пролёте уже не закатывали истерик с попытками спрятаться или, наоборот, грозить «чудовищу» оружием.
Просто провожали взглядами ярко-жёлтую «стрекозу», летящую по своим делам. Зато «изыскатели» получили возможность собственными глазами изучить как соседей будущих поселенцев, так и местность с запасами ресурсов. Включая сильно «похудевшие» штабеля древесных стволов, из которых сейчас местные вязали плоты на берегу текущей с гор реки.
И не только вязали. Один из плотов плыл к эстуарию, а ещё парочка покачивалась на волнах лимана, причалив к бывшим пристаням бывшего городка кораблестроителей. Именно туда выносило их речное течение, резко замедлившееся перед впадением в море.
Плотогонов всё-таки напугали, сделав круг над их палаточным лагерем, разбитым между руин глинобитных домов. С высоты, кстати только на этот раз заметили, что поселение когда-то было обнесено частоколом: об этом говорила цепь небольшие круглых ямок, заросших молодой ярко-зелёной травой.
Напугали, но тут же вернулись к тому месту, где течение реки ещё было заметно. Там и сели почти около самой воды.
Место почти плоское, если не считать общего небольшого наклона к лиману и примерно полутораметровой береговой террасы со стороны реки, видимо, оставшейся с давних времён. Почва каменистая, явно сложенная принесёнными из верховий реки мелкими обломками горных пород, по фракции от песка до мелкого щебня.
С довольно толстым, сантиметров двадцати, чернозёмом поверх материкового грунта. Километрах в двух начинаются холмы, поросшие негустым лесом, постепенно переходящие в невысокие горы.
Мы с Артёмом ходим за «изыскателями», как ниточки за иголочками. Бдим, как примерные бодигарды. И наслаждаемся приятным бризом со стороны океана, шум прибоя которого сюда не долетает: далеко от косы, отгородившей его от лимана.
