На роликах за «Мерседесом»

Тоник пробрался за ним и внимательно осмотрел дорогу, по которой они бежали. Ничего подозрительного.

— Кажется, оторвались, — с облегчением сказал он. — А кто были эти люди? Почему они гнались за нами?

— Это воры под видом нищих, — громким шепотом прямо в ухо Тонику стал рассказывать Сашка. — Я к ним попал случайно. Я один раз проголодался и стал в электричке просить у людей денег. А они меня поймали, одели погрязнее и заставили ходить по вагонам с песнями. А все деньги отнимали. Накормят и все. За мной по электричкам Лохматый ходил.

Как вагон пройду, так он в тамбуре у меня все забирает. Ночевали мы рядом с Белорусским вокзалом. Там квартира пустая есть. Мы на полу спали. А я вечером стал ходить гулять на улицу, а сам по электричкам. Отцу деньги собирал.

— Так про отца это правда?

— А то, — с вызовом сказал Сашка. — Я тебе просто все не рассказывал. Думал, встретились — разошлись, встретились — разошлись. Как все люди. А ты же теперь мне брат.

— Ну да, — улыбнулся Тоник. — А этот в черном, кто за нами бежал, это и есть Лохматый?

— Нет, это отец Федор.

Он ходит в черном, как будто монах, чтобы на него плохого не думали. Стоит посреди вагона и за всеми смотрит, когда мы проходим. Кто откуда деньги достает и у кого их много. Потом кому-то все это рассказывает. Но этих людей я уже не знаю.

— А ты не боялся, что они тебя поймают, когда один ходил?

— Вечером? Ты что! Вечером они сами ходить боятся. Я и то только из-за отца начал. Сам же видел, как на меня напали. Это еще что. Бывает, что на полном ходу из электрички выбрасывают.

Тоник поежился, представив, как неуютно должен себя чувствовать в этом мире Сашка.

— А это Москва-река? — прижавшись носом к стеклу, спросил Сашка.

Троллейбус как раз въехал на мост. Внизу транспортный катер тянул баржу.

— Да, это Шелепихинская набережная. Видишь, там люди купаются, — показал Тоник. — Мы раньше сюда тоже иногда ездили. А теперь только в Серебряный Бор. В других местах вода грязная.

За мостом, на остановке, часть пассажиров вышла, и Сашка потянул за собой Тоника:

— Пойдем сядем на передние места.

Там лучше всего в окно смотреть.

— Давай, — согласился Тоник, но не дойдя до середины троллейбуса, остановился. Он увидел, что если сядет на это место, то его соседкой будет Алиса. Он узнал бы ее профиль из тысячи. Она смотрела в окно с легкой улыбкой, совершенно не относящейся к тому, что было перед ее глазами. Она умела улыбаться про себя, своим собственным мыслям, и это Тоника особенно пленяло.