На роликах за «Мерседесом»

Профи как-то странно посмотрел на него и, быстро разогнавшись, исчез за поворотом.

— Ребята, ну одолжите коньки, — не отставал Тоник. — По гроб жизни буду помнить! Алиса, ты ведь меня знаешь.

— Послушай, Антон, — прищурилась Алиса, — тебе лень подняться к себе на восьмой этаж? Это чужие коньки. Не твои и не мои. Так что лучше потрудись сходить за своими.

— Да у меня в квартире бандиты. — выпалил Тоник.

В это время из подъезда донесся приближающийся хохот Слона. Тоник мгновенно заскочил за стену, отделяющую вход в подъезд от мусоросборочной камеры.

— Скорее, сюда, — крикнул он Алисе.

Она пожала плечами и не спеша подъехала к нему.

Дверь подъезда с грохотом распахнулась и из дома вышли двое мужчин, ведя между собой Сашку. Раф положил ему руку на плечо и засунул два пальца за воротник. Но Сашка и не пытался вырваться. Он шел, скрестив руки за спиной и гордо приподняв подбородок, всем своим видом демонстрируя полное отсутствие страха.

Алиса с недоумением смотрела на удаляющуюся компанию.

— Так значит, все, что он мне рассказывал, правда? — повернулась она к Тонику.

— Да, — ответил он. — И если сейчас мы их упустим, то не сможем узнать, где они прячут мою мать.

— Что же ты стоишь, растяпа? Они же сейчас уйдут. Снимай свои кроссовки. Владик, а ты еще не понял, что должен делать?

Парень растерянно снял коньки и теперь стоял на асфальте в полосатых носках.

Алиса выехала на дорогу перед домом, чтобы увидеть, когда тронется машина.

А с другой стороны дома уже подъезжал Профи.

— Тоник, торопись, — закричал он. — У меня все в порядке. Начинаем преследование.

Тоник встал, попрыгал, примеряясь к новым конькам и выехал на дорогу к Алисе.

— Смотри, машина разворачивается, — показала она.

— Ну, теперь главное не отрываться от них дальше, чем на пять километров, — пошутил Профи.

— Сейчас везде пробки, догоним, — отозвалась Алиса.

Тоник вместе с Профи одновременно повернулись к ней.

— Да, да, я еду с вами. И даже не спорьте.

И они втроем бросились за «Мерседесом».

Виктор сидел на кухне у Петровича и торопливо доедал пельмени, приготовленные хозяином. Это было единственное блюдо Петровича, которое он любил и умел делать.

Обычно на заготовку пельменей впрок у него уходил целый день. С самого утра он отправлялся на рынок выбирать мясо и компоненты для соуса, который тоже готовил сам.