— Леди, позвольте я его убью, — хрипло-отрешенным голосом профессионального потребителя марихуаны попросил один из лучников.
Угроза меня не испугала — если сразу не убили, значит, для чего-то я им нужен живой. Но провоцировать скандал поостерегся — вдруг ребятки нервные. И вообще: для перерожденных они подозрительно эмоциональны. Если вспомнить Йену, та, хоть и сумела замаскировать свою сущность, вечно была тихой, бесцветной, скучной. Даже соблазняла она меня скучно… Демы? Все, что мне о демах приходилось слышать до этого, заставляло мечтать, чтобы это оказались кто угодно, лишь бы не они.
— Ты даже для шута слишком смешной, — вынесла свой вердикт девушка и ледяным голосом порадовала: — Я понимаю, что ты не рядовой, раз командуешь отрядом. Но я буду называть тебя солдатом — мне так удобнее. И мне очень жаль ваш несчастный отряд — видимо, вы совсем обнищали, раз командир носит рваные штаны. Что — полоса неудач? Ну так радуйся, солдат, — сегодня тебе повезло: ты не умрешь.
— Благодарю за хорошие известия — рыдаю от свалившегося счастья.
А на завтра у нас какие планы?
— Леди, позвольте я с ним кое-что сделаю, после чего он будет жить, но радоваться жизни уже не сможет.
Вот же гад неугомонный — ему бы в инквизиции служить, а не шататься ночами возле почти что моего замка. И вообще — зачем я так упорно их провоцирую? Сам не знаю, но почему-то абсолютно уверен: ничего плохого мне здесь не грозит. Бывают иногда предчувствия, которым веришь абсолютно, — вот и сейчас у меня такое.
— Он того не стоит. — Голос ледяной, но слова какие хорошие: хоть бери — и телефон у такой умницы выпрашивай. — Больше не будет смертей. Вы слишком долго здесь задержались — армия ушла без вас. Идите следом. И не задерживайтесь — не все здесь такие добрые, как мы. Уходи, солдат, и забирай своих. И никогда не возвращайся. Скажи своим: кто вернется — тот умрет.
Сказав это, девушка развернулась, зашагала куда-то вдоль обрыва. За ней, будто утята за мамочкой, потянулись остальные.
Сказать, что я сильно удивился, — это ничего не сказать, но слова, которые крикнул вслед, произнес уверенным голосом:
— Эй! Ты плохо слушала! Я не солдат!
— Уходи, шут балаганный. И забирай своих неумех — им холодно на земле лежать. И не возвращайся больше. Земля Мальрока — это смерть для ортарцев, — ответила она уже издали, негромко, но слышно каждое слово — у нее отличная дикция.
Оригинально… Не выдержав, ущипнул себя за руку.
