На стороне бога

Отари только сейчас почувствовал, как сильно сжимают его руку тонкие пальцы жены. Он с невольным стоном высвободился.

— Людмила, это правда? — спросил он, не веря Дронго.

— Хотите знать, как я определил, кто именно стрелял? — спросил Дронго.

— Я осмотрел винтовку — на ней были заметны характерные царапины. Такое впечатление, что на руке стрелявшего было большое серебряное кольцо, которое и оставило эти царапины.

— Не может быть, — прошептал Отари по-грузински, — этого не может быть.

Людмила, скажи, что это не правда.

Скажи, прошу тебя!

Людмила встала со своего места. Она гордо подняла голову.

— Да, — сказала она громким голосом, — это я убила мерзавца. Я видела, как он ударил Нани. Я не успела закричать, и он отступил в коридор. Но на кухне горела свеча, и я все видела. Я не успела крикнуть, но поняла, что Бог выбрал меня, чтобы покарать убийцу. Потом я взяла винтовку и выстрелила в него. Это я убила его. И мне не стыдно.

— Людмила, — прошептал Мамука. Он поднялся со стула и бросился перед ней на колени.

 — Прости меня, прости, — шептал он, обращаясь к жене своего друга. — Это я виноват. У меня от горя помутился рассудок. Ты святая! Спасибо тебе. Но как ты могла? Как ты могла?

— Очевидно, у нее был шок после убийства вашей жены, — предположил Вейдеманис, — так иногда бывает. Но в любом случае самосуд — это не метод…

— Вы ей ничего не сделаете! — закричал Мамука, поворачиваясь к Дронго.

Он вскочил на ноги. — Вы расскажете всем, что стрелял я.

Вы слышите меня? Я стрелял в убийцу своей жены, и я должен быть наказан по закону. Вы меня понимаете?

— Нет, — сказал Дронго, — не понимаю. Мамука сжал кулаки и сделал шаг вперед.

— Подожди! — крикнул Отари, обращаясь к другу. — На винтовке остались отпечатки пальцев моей жены. При чем тут ты, Мамука? Ты же слышал, что он сказал про царапины. Там остались отпечатки пальцев Людмилы.

Он взглянул на жену.

— Зачем ты это сделала сама? Почему не сказала мне?

— Я испугалась, когда увидела его, — призналась она, — а потом разозлилась на себя.

Я вспомнила о дедах Нани… Я вспомнила… о твоих предках, кольцо которых я ношу. Если она могла войти в пламя ради любимого мужа, разве не должна была я сделать то, что сделала? Это не так страшно.

— Господи, теперь тебя посадят в тюрьму! — закусил губу ее муж. — Как же ты могла такое сделать?

— Там нет ее отпечатков, — вдруг сказал Дронго.

— Что? Что вы говорите? — повернулся к нему Отари.