На страже чести

Отодвинув губы она прошептала, – Если бы я потеряла тебя, это бы убило меня.

Блэр слегка всхлипнула и крепче прижалась к телу любимой. Она уткнулась лицом в шею Кэм и гладила ее по рукам и спине, ее плечи и наконец погрузила пальцы в ее волосы, – Мы будем заботиться друг о друге. Мы будем вместе. Т ы меня слышишь? Мы будем вместе. Я обещаю тебе.

Чувствуя безопасность и ласку рук любимой, Кэмерон наконец уснула.

Первое что она увидела была Паркер, лежащая на спине, с вытянутыми вдоль тела руками. Её глаза были открыты и стеклянно пусты.

П усты настолько, насколько способна опустошить их только смерть. Алое отверстие в ее груди казалось лишь эхом запоздалой мысли, после того, как она взглянула в ее глаза. Повернувшись, она побежала, чувствуя, как сжимаясь жжет у нее в груди, как дрожат мышцы в ногах, угрожая отказать раньше, чем она достигнет цели…Ч уть не споткнувшись о порог, она вбежала на лестничную клетку. Ухватившись за металлические перила свободной рукой, в

другой руке сжимая оружие, она опустила взгляд вниз.

Старк лежала неподвижно с идеально ровной бардовой точкой между ее темными бровями. Красные извилистые струйки бежали вниз из этой крошечной воронки и протекали к уголкам глаз, спускаясь по щекам, словно слезы. «О Боже. Я

От бешеного пульса выкручивало желудок. О на бросила взгляд на серую толстую металлическую дверь, в конце лестницы. За этой дверью находилось все, что имело значение в ее жизни. Она не могла пошевелить ногами. Н е могла подняться по этой лестнице. Она не сможет.

О на ни за что не доберется до этой двери вовремя. Она рухнула на колени, ее оружие незаметно опустилось в ватных пальцах. Цепляясь руками за холодный камень, она потащила свое тело вверх, мучительно медленно, ступеньку за ступенькой.

Когда она наконец доползла до двери, на ней не было ручки.

«С лишком тяжелая. Я не открою ее. Пожалуйста. Пожалуйста. Мне надо пройти через нее». Она разжала пальцы и стала просовывать их в узкую щель скраю. К ожа рвалась на ее руках, и эти раны кровоточили.

Все еще стоя на коленях, она свалилась на бок и увидела тело, лежащее в двери, на другом конце коридора. Каждый преодоленный дюйм стоил ей крови, каждый вдох оставался в ее свистящих легких, и ужас сворачивался в ее животе острыми, как бритва когтями. Жизнь спустя,

взглядом, размытым от пота и слез, она коснулась дрожащей рукой бледной холодной щеки. Капля крови, словно роса на розе, будто забытый поцелуй, лежала на губах ее возлюбленной.

«Блэр. О Боже, Блэр».