На страже чести

– Хорошо, – Кэм легонько коснулась щеки Блэр, – Увидимся через час или около того.

Прошло чуть меньше двух часов, когда Блэр услышала стук в дверь. Кэм ждала на пороге, одетая в повседневные темные хлопковые брюки и рубашку поло, под голубым блейзером. Блэр пригласила ее внутрь и склонила голову, оценивающе оглядывая возлюбленную.

– Мне нравится, когда ты расслаблена.

Кэм ухмыльнулась, глядя на Блэр, в мягких хлопковых штанах и шелковом топе, с глубоким Т-

образным вырезом, – Ты тоже выглядишь очень расслабленной, – Она притянула Блэр за талию и поцеловала, – Ммм.

И слишком хорошо пахнешь.

– Вот что значит сила сна и горячей ванны, – Блэр откинулась назад, положив руки на плечи Кэм.-

Что вы задумали, Командир?

– Это, – Кэм уткнулась в шею Блэр и поцеловала ее у основания.

Кэм рассмеялась, – Захвати куртку и идем.

– Куда мы идем? – Поинтересовалась Блэр.

– Как будто на свидание?

Они обе хорошо понимали, что свидания для них были невозможны.

– Что-то вроде того.

Кэм медленно покачала головой, с озорным блеском в глазах, – Неа.

Блэр сузила глаза, – Я не люблю игры, Кэмерон.

– Правда? – Кэм снова приблизилась к ней и, слегка прикусив, потянула мочку ее уха, вызвав тем самым средний звук между стоном и рычанием, – Я никогда не замечала этого.

– Я думала, ты наблюдательна, – ответила Блэр, скользнув рукой меж бедер Кэм и прижимая руку.

Кэм выдохнула, а ее ноги ослабели, – Христос.

– Извини. Что это было?

– Если ты не прекратишь это, – выдавила Кэм сквозь стиснутые зубы, – Я буду не в состоянии ходить

и ты так и не узнаешь, куда мы собирались пойти.

– Хммм, – Блэр размышляла, поглаживая пальцами Кэм между ног, – Жестокий выбор.

– Пожалуйста. Я хочу пригласить тебя, – Кэм поцеловала любимую в ушко, – А после, ты можешь мучить меня столько, сколько тебе вздумается.

Смеясь, Блэр убрала руку, – Значит теперь у нас сделка.

Одна из поразительных вещей, которые Старк открыла для себя в Париже – в этом городе очень поздно темнеет, даже по сравнению с летними вечерами дома. Она вошла в вестибюль отеля Рене,

чуть позже 8.

В это время небо над улицами было осыпано золотым сиянием, предшествующим наступлению пурпурных сумерек. Команда была в Париже чуть больше четырех дней, но график Цапли был настолько плотным, что промежутков времени между ее передвижениями практически не было. Этот вечер был у нее первым полностью свободным. К ее огромному удивлению, Командир отвела ее в сторону и сказала, чтобы она не возвращалась до завтрашнего полудня.